Аносмия посттравматическая: Потеря обоняния привела к депрессии и сексуальной неудовлетворенности

Потеря обоняния привела к депрессии и сексуальной неудовлетворенности

Das Parfum. Die Geschichte eines Mörders / Constantin Film GmbH, 2006

У людей, потерявших обоняние после травмы головы, депрессивные симптомы оказались сильнее, чем у здоровых людей. Кроме того, сексуальная удовлетворенность у таких людей была ниже, чем в контрольной группе. К таким выводам пришли авторы статьи, опубликованной в журнале Scientific Reports.

Посттравматическая обонятельная дисфункция, возникающая при травмах головы, проявляется полной (аносмия) или частичной (гипосмия) потерей обоняния, причем степень этой потери

зависит от тяжести травмы. Поскольку обонятельная дисфункция значительно влияет на качество жизни пациентов, изучение этой проблемы (особенно в период пандемии ковида) становится все более актуальным.

Например, взаимосвязь между обонятельной дисфункцией и депрессией изучается уже давно, однако точные ее механизмы все еще неизвестны. Кроме того, исследуется влияние потери обоняния на сексуальность и удовлетворенность браком. Известно, что от 15 до 78 процентов браков распадается после травмы головы у одного из партнеров. Влияет ли на это именно обонятельная дисфункция ясно не до конца: есть данные, что снижение обоняния напрямую не связано со снижением сексуальной активности. Предполагается, что проблемы в сексуальной сфере стоит связывать с депрессивным синдромом, предположительно развивающемся из-за потери обоняния, чем от самой обонятельной дисфункции.

Рафие Ализаде (Rafieh Alizadeh) из Иранского университета медицинских наук вместе с коллегами изучал депрессивные симптомы и сексуальную активность у людей с обонятельной дисфункцией. В исследуемую группу попало 55 человек от 25 до 63 лет с посттравматической обонятельной дисфункцией, все они состояли в браке и регулярно занимались сексом. По таким же критериям ученые отобрали 115 здоровых людей для контрольной группы, однако в исследуемой группе относительное число мужчин оказалось значительно больше, чем в контрольной группе (p < 0,001). В исследование не попадали курящие и беременные, а также пациенты с врожденными нарушениями обоняния, искривлениями носовой перегородки, неврологическими заболеваниями и диабетом.

Для исследования обонятельной функции использовалась стандартная процедура с адаптированными обонятельными палочками. При изучении депрессивного синдрома ученые пользовались иранской версией опросника для оценки по 

шкале депрессии Бека. Удовлетворенность браком исследовалась при помощи шкалы «ENRICH», а сексуальная сфера оценивалась по иранской версии шкалы сексуальной удовлетворенности женщины.

У всех участников исследуемой группы число баллов в тесте с обонятельными палочками было ниже нормы (норма — 30,5 баллов), что свидетельствовало о сниженной функции обоняния. Среднее число баллов в исследуемой группе составило 23,5 (гипосмия), в контрольной — 36,3. Средняя оценка по шкале депрессии была значительно выше в группе пациентов с дисфункцией обоняния, по сравнению с контрольной группой (р < 0,001). Кроме того, эта оценка была значительно выше в группе аносмии, чем в группе гипосмии (р = 0,009).

Удовлетворенность браком существенно не различалась между двумя группами, однако сексуальная удовлетворенность оказалась значительно ниже в группе со сниженным обонянием, чем в контрольной группе (р = 0,012). Более того, высокая удовлетворенность браком была связана с более высоким сексуальным удовлетворением (p <0,001) и более слабыми симптомами депрессии (p < 0,001). Также оказалось, что более тяжелая депрессия связана с более низким уровнем сексуального удовлетворения (p < 0,001).

Частота депрессии, сексуальной и супружеской удовлетворенности у пациентов с обонятельной дисфункцией и у контрольной группы

Rafieh Alizadeh et al. / Scientific Reports, 2021

Дисперсионный анализ показал, что тяжесть травмы не влияет на супружескую и сексуальную удовлетворенность. Однако анализ показал корреляцию между тяжестью травмы головы и тяжестью депрессии: у пациентов с легкой травмой головы оценка по шкале Бека на 26,5 баллов ниже, чем у пациентов с тяжелой травмой головы (p 

Аналогично, сексуальная удовлетворенность была выше у пациентов с легкой травмой, чем у пациентов с тяжелой травмой головы: показатель сексуальной удовлетворенности был на 14,6 единиц выше у пациентов с легкой травмой головы, чем у пациентов с тяжелой травмой головы (p = 0,01).

Таким образом, в этой работе около 70 процентов пациентов с обонятельной дисфункцией страдали от депрессивного синдрома. Механизм этой связи точно не известен, но, по-видимому, это может быть связано с тесными связями областей мозга, которые отвечают за обоняние и эмоции, потому как посттравматическая обонятельная дисфункция связана с повреждениями в обонятельной луковице и лобной доле. Поскольку эти структуры также отвечают за эмоции, и обонятельная система тесно с ними связана, повреждение этих областей мозга может объяснить возникновение симптомов депрессии. Однако необходимы дальнейшие исследования для установления причинно-следственных связей этого состояния.

Несмотря на то, что обоняние не считается полноценной системой коммуникации у человека, ученые находят доказательства тому, что это может быть не так. Недавно мы 

рассказывали о том, что пот возбужденной женщины для мужчин привлекательнее, чем пот, выделяемый в спокойном, нейтральном состоянии.

Слава Гоменюк

Здравствуйте. Я Валерий. У меня Полная Посттравматическая Двусторонняя…

Цветной бульвар

Москва, Самотечная, 5

круглосуточно

Преображенская площадь

Москва, Б. Черкизовская, 5

Ежедневно

c 09:00 до 21:00

Бульвар Дмитрия Донского

Москва, Грина, 28 корпус 1

Ежедневно

c 09:00 до 21:00

Мичуринский проспект

Москва, Большая Очаковская, 3

Ежедневно

c 09:00 до 21:00

Здравствуйте 8 раз. Врач отоларинголог почему мне не пишет полная утра…

Цветной бульвар

Москва, Самотечная, 5

круглосуточно

Преображенская площадь

Москва, Б. Черкизовская, 5

Ежедневно

c 09:00 до 21:00

Бульвар Дмитрия Донского

Москва, Грина, 28 корпус 1

Ежедневно

c 09:00 до 21:00

Мичуринский проспект

Москва, Большая Очаковская, 3

Ежедневно

c 09:00 до 21:00

COVID-ассоциированная аносмия. Практические советы врачу | partners

11 марта 2020 г. ВОЗ официально объявила о начале пандемии COVID-19. Уже 28 марта 2020 г. президент Британского общества ринологов профессор Хопкинс обратил внимание медицинской общественности на то, что новый вирус может вызвать аносмию у инфицированных пациентов. По данным A. Vroegop и соавт. к маю того же года пандемия SARS-CoV-2 повысила осведомленность о гипосмии или аносмии как о потенциальной сопутствующей симптоматике [1].

Исследования аносмии при COVID-19 доказывают, что потеря обоняния имеет большое клиническое значение не только как фактор, снижающий качество жизни пациента и увеличивающий риск бытовых несчастных случаев, но и как симптом, позволяющий своевременно выявить заболевание на ранних стадиях и при легкой форме течения. Специалисты призывают организаторов здравоохранения и ВОЗ особенно отметить, что пациенты с изолированным нарушением обоняния могут быть скрытыми носителями и распространителями вируса [2]. Включение аносмии в критерии для самоизоляции могло бы помочь предотвратить распространение пандемии и снизить число заболевших, в том числе, ЛОР-врачей и хирургов, которых в Европе стало больше, чем инфицированных врачей других специальностей [3, 4].

Аносмия при заболеваниях верхних дыхательных путей

К сегодняшнему дню известны более 200 различных вирусов, провоцирующих заболевания верхних дыхательных путей, и многие из них могут вызывать аносмию [4]. Механизмы нарушения обоняния при вирусных инфекциях достаточно хорошо изучены. Так, при гриппе нарушение восприятия запахов носит сенсоневральный характер, тогда как при прочих острых респираторных заболеваниях ольфакторная дисфункция обусловлена кондуктивными и смешанными причинами.

У пациентов ЛОР-профиля ринологическая патология становится причиной 75% диагностируемых нарушений обоняния [5]. При хроническом риносинусите аносмия наблюдается в 25% случаев, а при полипозном процессе – при 80% [6, 7]. При данных нозологиях потеря обоняния также имеет кондуктивный характер и связана с отеком слизистой, нарушением рН секрета боуменовых желез, метаплазией эпителия, а на поздних стадиях и фиброзным перерождением ткани, а также с механической обструкцией носовых ходов полипами [8].

Исследования показывают высокую распространенность обонятельных расстройств у пациентов с аллергическим ринитом – от 21,4% до 60% [9]. В основе нарушения восприятия запахов лежит отек слизистой, гиперсекреция слизи, повышение концентрации эозинофилов, эозинофильного катионного белка и триптазы в носовой слизи [10]. Таким образом, в большинстве случаев работа обонятельного анализатора нарушается лишь вторично за счет отека и блокирования обонятельной области [11].

Механизм развития аносмии при COVID-19

Изначально ученые предположили, что нарушение обоняния при новой коронавирусной инфекции, как при гриппе, возникает в результате повреждения обонятельного эпителия и гибели ольфакторных нейронов и, следовательно, носит сенсоневральный характер [12]. Эксперимент на мышах продемонстрировал стремительное распространение коронавируса по нейронам в обонятельную луковицу и соседние отделы головного мозга [13].

Более позднее исследование D. Brann и соавт., проведенное также на мышах, убедительно продемонстрировало роль в развитии аносмии рецепторов ACE-2 и TMPRSS2. Эти рецепторы, которые SARS-CoV-2 использует для проникновения в клетки, экспрессируются на слизистой оболочке обонятельного эпителия, однако не на обонятельных сенсорных нейронах, а на поддерживающих клетках и стволовых клетках базального эпителия. Подгруппы поддерживающих клеток, клеток желез Боумена и клеток базального эпителия обонятельной зоны коэкспрессируют рецептор CoV-2 ACE2 и протеазу белка шипа TMPRSS2 на уровнях, сравнимых с уровнями, наблюдаемыми в клетках легких. В зрелых же обонятельных сенсорных клетках ACE2 и TMPRSS2 не экспрессируются. Эти наблюдения предполагают, что CoV-2 не проникает непосредственно в нейроны, а его мишенью являются поддерживающие и стволовые клетки обонятельного эпителия [14].

Сегодня рассматривается и другие теории нарушения обоняния при COVID-19. Пока специалистам не удалось выработать единое мнение, многие придерживается мультифакторной теории, согласно которой аносмия при SARS-CoV-2 имеет смешанный характер.

Особенности COVID-ассоциированной аносмии

Исследования показывают, что наиболее типичными симптомами COVID-19 являются оториноларингологические и пульмонологические проявления: кашель, боль в горле и одышка. Ринорея, заложенность носа, головокружение и нарушение обоняния встречаются реже, но в то же время COVID-19 может проявляться исключительно изолированной внезапной гипо- или аносмией [15].

Дизосмия при COVID-19

  • может предшествовать появлению кашля или одышки, а также в большинстве случаев сопровождается потерей вкуса. Согласно данным, полученным из Китая, Италии, Южной Кореи, Ирана, США, Франции нарушения вкуса и обоняния отмечаются у 17-87% больных с подтвержденным COVID-19 [11].
  • согласно исследованию T. Klopfenstein и соавт. развивается в среднем через 4,4 дня после начала заражения [16].
  • становится начальным симптомом более чем у четверти больных. Улучшение состояния отмечается у 27% пациентов через неделю после потери обоняния, и у 85% в течение 10 дней [17].
  • более характерна для женщин. В мультицентровом европейском исследовании J. Lechien и соавт. также приходит к выводу, что обонятельные и вкусовые расстройства являются распространенными симптомами у пациентов с COVID-19, у которых могут отсутствовать другие носовые симптомы [18].

Методы восстановления обоняния при COVID-ассоциированной аносмии

Нарушение обоняния при SARS-CoV-2 имеет транзиторный характер, и несмотря на то, что трудно переносится пациентами, не требует системных мер лечения.

Если аносмия теряет обычный транзиторный характер и персистирует после купирования других симптомов заболевания, следует назначить контроль обонятельной функции в динамике и рассмотреть вопрос о рекомендации больному дополнительных медикаментозных и немедикаментозных средств для скорейшего восстановления [19, 20].

Возможные рекомендации:

  1. ОМЕГА-3 жирные кислоты 500-1000мг/сут. Некоторые данные свидетельствуют о потенциальной пользе омега-3 для лечения обонятельных расстройств [21-23].
  2. Ретинол (витамин A) и цинк. Потенциально препараты цинка и местное использование витамина A могут сыграть положительную роль в стимуляции иммунного ответа. Исследования поводятся [21-25], и единого мнения по данному вопросу пока не существует. В любом случае, стоит предупредить пациента об опасности длительного применения высоких доз ретинола.
  3. Обонятельная тренировка. Позволяет улучшить постинфекционное состояние обонятельной системы [21, 22].
  4. Интраназальные глюкокортикостероиды рекомендуются только при сопутствующих признаках воспаления слизистой оболочки полости носа и наличии жалоб.

Обонятельная тренировка

Обонятельный тренинг применяется при дизосмии самой разной этиологии, и назначение его при персистирующей, вызванной COVID-19 аносмии, представляется рациональным.

Тренировка проводится пациентом самостоятельно и представляет собой регулярное, от 2 до 8 и более раз в день, вдыхание носом ароматических пахучих веществ. Наборы одорантов составляются произвольно. В частности, это могут быть эфирные масла, нанесенные на ватный диск.

Первое исследование тренинга с помощью набора эфирных масел (роза, эвкалипт, лимон, гвоздика 2 раза в день) было проведено T. Hummel и соавт. у пациентов с поствирусной, посттравматической и идиопатической аносмией. Через 12 нед в группе контроля восприятие запахов не изменилось, тогда как у пациентов, регулярно тренирующих ольфакторную систему, отмечалось улучшение обоняния. Также высокая эффективность тренинга была доказана и для пациентов с гипосмией, связанной с болезнью Паркинсона [26].

Исследователи предполагают, что патофизиологический механизм улучшения обоняния на фоне тренинга связан с повышением регенеративной способности ольфакторных нейронов в ответ на стимуляцию пахучими веществами. Для достижения хороших результатов курс тренировок должен быть длительным, и каждые три месяца следует менять набор одорантов.

Возможности применения интраназальных кортикостероидов при COVID-ассоциированной аносмии

Отдельного внимания заслуживает вопрос о медикаментозном лечении расстройств обоняния, вызванных инфицированием коронавирусом. Доказательных положений в этой области пока не существует. На данный момент эксперты соглашаются с тем, что назначение системных кортикостероидов не рекомендуется, так как это повышает риск развития интерстициальной пневмонии и острой дыхательной недостаточности и нивелирует манифестацию основных симптомов заболевания [4, 19, 20, 27]. В то же время многие эксперты придерживаются мнения, что при нарушениях обоняния на фоне коронавирусной инфекции можно рекомендовать кортикостероиды назального применения [21, 22].

Стоит отметить, что опубликованные положения документа ВОЗ ARIA (Аллергический ринит и его влияние на астму) и EEACI (Европейская академия аллергологии и клинической иммунологии) настоятельно рекомендуют больным бронхиальной астмой, аллергическим ринитом (АР) и полипозным риносинуситом продолжать базисную терапию ингаляционными и/или интраназальными кортикостероидами в обычном режиме даже в том случае, если произошло инфицирование коронавирусом. Отмена базисной терапии при сезонном АР приводит к усилению симптомов, в частности чихания, и распространению инфекции [27]. Кроме того, кортикостероиды способны повышать защитный потенциал эпителиального покрова верхних дыхательных путей, в том числе к воздействию вирусов [19, 28].

Дополнительную безопасность для местного применения кортикостероидов обеспечивает их присутствие в дегидрированной форме, в частности входящей в состав лекарственного препарата Полидекса с фенилэфрином. Дегидрированная форма дексаметазона метасульфобензоат натрия в составе препарата обеспечивает безопасное топическое действие и исключает системное воздействие и передозировку.

Назальный спрей Полидекса с фенилэфрином – многокомпонентный препарат, содержащий неомицина сульфат (1 г), полимиксина В сульфат (1 000 000 ЕД), дексаметазона метасульфобензоат натрия (0,025 г) и фенилэфрина гидрохлорид (0,250 г), и доказавший свою эффективность в лечении ринита, синусита [29], в том числе с потерей обоняния.

Преимущества препарата Полидекса с фенилэфрином:

  • оказывает антимикробный, противовоспалительный, гипосенсибилизирующий и сосудосуживающий эффекты;
  • сочетание 2 антибиотиков, неомицина и полимиксина В, расширяет антибактериальный спектр в отношении возбудителей острых и хронических  ринитов и синуситов;
  • фенилэфрин, мягкое сосудосуживающее средство из группы альфа-адреномиметиков, способствует улучшению носового дыхания и активизирует доставку активных компонентов к очагу воспаления;
  • дексаметазон облегчает проникновение в ткани антибактериальных компонентов и оказывает выраженное противовоспалительное, противоотечное, гипосенсибилизирующее действие;
  • компоненты назального спрея Полидекса с фенилэфрином оптимально подобраны и оказывают аддитивное действие [29].

Эффективность назального спрея Полидекса с фенилэфрином для лечения гипосмии при остром и хроническом риносинусите была убедительно продемонстрирована в ходе исследования Безшапочного С.Б. и соавт. Результаты сравнения группы, использовавшей спрей Полидекса с фенилэфрином в течение 5 дней, и группы, применявшей интраназально солевой раствор, показало, что на 10-й день от начала терапии среди пациентов первой группы ни один пациент не предъявлял жалобы на снижение обоняния, в отличие от группы контроля. Разница между группами по показателю аносмии составила 1,1 балл. Кроме того, препарат показал значимое преимущество и по другим конечным точкам: выраженность отека носовых раковин уменьшилась на 1,8 баллов, гиперемия носовых раковин – на 2 балла, выделения из среднего носового хода – на 2,1 балла, заложенность носа – на 1,6 баллов [30].

Работа позволяет сделать вывод, что комбинация неомицина сульфата + полимиксина В сульфат + дексаметазона натрия + фенилэфрина гидрохлорида в форме назального спрея несомненно является препаратом выбора в комплексном лечении риносинуситов. Его введение непосредственно в очаг воспаления позволяет достичь оптимального комплексного воздействия антибактериального, противовоспалительного и сосудосуживающего компонентов, что способствует усилению лечебного эффекта и, как следствие, ускорению выздоровления пациентов.

Заключение

Патология слизистой оболочки носа и околоносовых пазух приобретает все большее значение в понимании механизмов распространения COVID-19. Синоназальный тракт может быть важным резервуаром инфекции, в то время как выделение вируса из носа – важным механизмом передачи. Аносмия без заложенности носа может быть высокоспецифичным показателем COVID-19 [31].

Клинические подходы к лечению гипо- или аносмии при COCID-19 пока недостаточно сформированы. Согласно имеющимся данным, при персистировании нарушения обоняния рациональным представляется назначение обонятельной тренировки и некоторых нутриентов. Назначение интраназальных глюкокортикостероидов при нарушении обоняния рекомендовано в случае наличия сопутствующих признаков воспаления слизистой оболочки полости носа и жалоб. Назальный спрей Полидекса с фенилэфрином, содержащий антибактериальный, противовоспалительный и сосудосуживающий компоненты, является обоснованным выбором в комплексном лечении ринитов и риносинуситов, протекающих в том числе с гипо- и аносмией.

Источники

  1. Vroegop AV, Eeckels AS, Van Rompaey V, et al. COVID-19 and olfactory dysfunction — an ENT perspective to the cur-rent COVID-19 pandemic. B-ENT 2 May 2020. https://doi.org/10.5152/B-ENT.2020.20127
  2. Lechien JR, Hopkins C, Saussez S. Sniffing out the evidence; It’s now time for public health bodies recognize the link between COVID-19 and smell and taste disturbance. Rhinology. 2020. https://doi.org/10.4193/Rhin20.159
  3. Moein ST, Hashemian SMR, Mansourafshar B, Khorram-Tousi A, Tabarsi P, Doty RL. Smell dysfunction: a biomarker for COVID-19. International Forum of Allergy & Rhinology. 2020. https://doi.org/10.1002/alr.22587
  4. Hopkins C, Kumar N. Loss of sense of smell as marker of COVID-19 infection ENT UK. 2020. Date accessed: 26/03/2020. https://www.entuk.org/sites/default/files/files/Loss of sense of smell as marker of COVID.pdf
  5. Damm М., Quante G., Jurk Т., Sauer J.A. (2004) Nasal colonization with Staphylococcus aureus is not associated with the severity of symptoms or the extent of the disease in chronic rhinosinusitis. Otolaryngol. Head. Neck Surg., vol. 131, no 3, рр. 200–206
  6. Delank K.W., Stoll W. (1998) Olfactory function after functional endoscopic sinus surgery for chronic sinusitis. Rhinology, vol. 36, no 1, рр. 15–19.
  7. Lund V.J., Scadding G.K. (1994) Objective assessment of endoscopic sinus surgery in the managemen of chronic rhinosinusitis: an update. J. Laryngol. Otol., vol. 108, рр. 749–753.
  8. Kern R.C. (2000) Chronic sinusitis and anosmia: pathologic changes in the olfactory mucosa. Laryngoscope., vol. 110, no 7, рр. 1071–1077.
  9. Cowart B.J, Flynn-Rodden К., McGeady S.J., Lowry L.D. (1993) Hyposmia in allergic rhinitis. J. Allergy Clin. Immunol., vol. 91, рр. 747–751.
  10. Becker S., Pfl ugbeil С., Groger М. (2012) Olfactory dysfunction in seasonal and perennial allergic rhinitis. Acna Otolaryngol., vol. 132, no 7, рр. 763–768.
  11. Карапетян Л.С., Свистушкин В.М. Обонятельная дисфункция и COVID-19 — текущее состояние проблемы. Вестник оториноларингологии.2020;85(6):100-104. https://doi.org/10.17116/otorino202085061100
  12. Hopkins C, Surda P, Whitehead E, Kumar BN. Early recovery following new onset anosmia during the COVID-19 pandemic — an observational cohort study. Version 2. Otolaryngology Head and Neck Surgery. 2020;49(1):26. https://doi.org/10.1186/s40463-020-00423-8
  13. Netland J, Meyerholz DK, Moore S, Cassell M, Perlman S. Severe acute respiratory syndrome coronavirus infection causes neuronal death in the absence of encephalitis in mice transgenic for human ACE2. Journal of Virology. 2008;82(15):7264-7275. https://doi.org/10.1128/JVI.00737-08
  14. Brann D, Tsukahara T, Weinreb C, et al. Non-neural expression of SARS-CoV-2 entry genes in the olfactory epithelium suggests mechanisms underlying anosmia in COVID-19 patients. 2020. https://www.biorxiv.org/content/10.1101/2020.03.2 5.009084v1
  15. Krajewska J, Krajewski W, Zub K, Zaton ski T. REVIEW ARTICLE COVID-19 in otolaryngologist practice: a review of current knowledge. European Archives of Oto-Rhino-Laryngology.. https://doi.org/10.1007/s00405-020-05968-y
  16. Klopfenstein T, Kadiane-Oussou NJ, Toko L, et al. Features of anosmia in COVID-19. Med Mal Infect. 2020.
  17. American Academy of Otolaryngology — Head and Neck Surgery. COVID-19 Anosmia Reporting Tool for Clinicians. Accessed April 6, 2020. https://www.entnet.org/content/reporting-tool-patients-anosmiarelated-covid-19
  18. Lechien JR, Chiesa-Estomba CM, De Siati DR, et al. Olfactory and gustatory dysfunctions as a clinical presentation of mild-tomoderate forms of the coronavirus disease (COVID-19): a multicenter European study. Eur Arch Otorhinolaryngol. 2020.
  19. Riggioni C, Comberiati P, Giovannini M, Agache I. A compendium answering over 140 questions on COVID-19 and SARS-CoV-2. Preprint May 29, 2020. https://doi.org/10.22541/au.159076950.07819469
  20. Hopkins C, Bachert C, Scadding G, Hummel T, Hellings P. Information for rhinologists on COVID-19. European Rhinologic Society. 2020. Accessed May 30, 2020.
  21. Information sur des formes cliniques atypiques de COVID-19 Paris: DGS-Urgent — Service pour les professionels de la santé — Ministère des Affaires Sociales et de la Santé. 2020. Available at: Vroegop et al. COVID-19 and olfactory dysfunction B-ENT 2020.
  22. Coronavirus disease 2019: World Health Organisation. https://www.who.int/emergencies/diseases/novel-coronavirus-2019/events-as-they-happen
  23. Interim clinical guidance for management of patients with confirmed Coronavirus disease (COVID-19): centers for disease control and prevention. https://www.cdc.gov/corona-virus/2019-ncov/hcp/clinical-guidance-management-patients
  24. Hummel T, Whitcroft KL, Rueter G, Haehner A. Intranasal vitamin A is beneficial in post-infectious olfactory loss. European Archives of Oto-Rhino-Laryngology. 2017; 274:2819-2825. https://doi.org/10.1007/s00405-017-4576-x
  25. Blakemore LJ, Trombley PQ. Zinc modulates olfactory bulb kainate receptors. Neuroscience. 2020; 428:252-268. https://doi.org/10.1016/j.neuroscience.2019.11.041
  26. Hummel T, Whitcroft KL, Andrews P, Altundag A, Cinghi C, Costanzo RM, Damm M, Frasnelli J, Gudziol H, Gupta N, Haehner A, Holbrook E, Hong SC, Hornung D, Hüttenbrink KB, Kamel R, Kobayashi M, Konstantinidis I, Landis BN, Leopold DA, Macchi A, Miwa T, Moesges R, Mullol J, Mueller CA, Ottaviano G, Passali GC, Philpott C, Pinto JM, Ramakrishnan VJ, Rombaux P, Roth Y, Schlosser RA, Shu B, Soler G, Stjärne P, Stuck BA, Vodicka J, Welge-Luessen A. Position paper on olfactory dysfunction. Rhinology. Supplement. 2017;54(26):1-30. https://doi.org/10.4193/Rhino16.248
  27. Bousquet J, Akdis C, Jutel M, Bachert C, Klimek L, Agache I, Ansotegui IJ, Bedbrook A, Bosnic-Anticevich S, Canonica GW, Chivato T, Cruz AA, Czarlewski W, Del Giacco S, Du H, Fonseca JA, Gao Y, Haahtela T, Hoffmann-Sommergruber K, Ivancevich JC, Khaltaev N, Knol EF, Kuna P, Larenas-Linnemann D, Mullol J, Naclerio R, Ohta K, Okamoto Y, O’Mahony L, Onorato GL, Papadopoulos NG, Pfaar O, Samolinski B, Schwarze J, Toppila-Salmi S, Ventura MT, Valiulis A, Yorgancioglu A, Zuberbier T; ARIA-MASK study group. Intranasal corticosteroids in allergic rhinitis in COVID-19 infected patients: an ARIA-EAACI statement. Allergy. 2020. https://doi.org/10.1111/all.14302
  28. Steelant B, Seys SF, Van Gerven L, Van Woensel M, Farré R, Wawrzyniak P, Kortekaas Krohn I, Bullens DM, Talavera K, Raap U, Boon L, Akdis CA, Boeckxstaens G, Ceuppens JL, Hellings PW. Histamine and T helper cytokine-driven epithelial barrier dysfunction in allergic rhinitis. The Journal of Allergy and Clinical Immunology. 2018; 141:951-963. https://doi.org/10.1016/j.jaci.2017.08.039
  29. Гаращенко Т.И., Тарасова Г.Д., Алферова М.В., Гаращенко М.В., Рогова Е.С. Современные возможности терапии поствирусного риносинусита в детском возрасте // МС. 2018. №2. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sovremennye-vozmozhnosti-terapii-postvirusnogo-rinosinusita-v-detskom-vozraste (дата обращения: 03.03.2021).
  30. Безшапочный С.Б., Иванченко С.А., Гришина И.С. Повышение эффективности лечения бактериальных риносинуситов // Вісник проблем біології і медицини. 2018. №2 (144). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/povyshenie-effektivnosti-lecheniya-bakterialnyh-rinosinusitov (дата обращения: 03.03.2021).
  31. Gengler I, Wang JC, Speth MM, Sedaghat AR. Sinonasal pathophysiology of SARS-CoV-2 and COVID-19: A systematic review of the current evidence. Laryngoscope Investigative Otolaryngology. 2020;1-6. https://doi.org/10.1002/lio2.3846

аносмия, энцефалопатия, нарушение работы периферической нервной системы

Нейробиология COVID-19: аносмия, энцефалопатия, нарушение работы периферической нервной системы.

Автор: Majid Fotuhi et al

Перевод: Снежанна Генинг, Фонд профилактики рака

Резюме

Аносмия, инсульт, парезы, нарушение функций черепных нервов, энцефалопатия, делирий, менингит и судороги – не полный перечень неврологических осложнений, развивающихся у пациентов с COVID-19. До сих пор неясно, в какой степени неврологические нарушения вызваны самим SARS-CoV-2, а в какой – избыточным цитокиновым ответом и/или системной гиперкоагуляцией и тромбозами. В этой статье мы рассмотрим неврологические проявления у пациентов с COVID-19, в том числе манифестацию в виде острых неврологических состояний (например, инсульта) в отсутствие лихорадки, кашля или одышки. Далее мы обсудим нейробиологические механизмы, которые могут лежать в основе поражений головного мозга, черепных и спинномозговых нервов и мышц при COVID-19. Наконец, мы предлагаем базовую классификационную схему «NeuroCovid», которая выделяет как острые неврологические проблемы, так и отдаленные последствия COVID-19: депрессию, ОКР, бессонницу, снижение когнитивных функций, ускоренное старение, болезнь Паркинсона или болезнь Альцгеймера в будущем. Мы намерены предоставить основу для будущих гипотез и исследований в отношении SARS-Co-2-поражений нервной системы.

НЕВРОЛОГИЧЕСКИЕ СИМПТОМЫ У ПАЦИЕНТОВ С COVID-19

Исследования об аносмии и агевзии

В клиническом случае COVID-19 из Ирана, манифестировавшем внезапно возникшей аносмией, сообщается о нормальном состоянии слизистой оболочки носа (без застойных явлений) и нормальном объеме обонятельных луковиц с двух сторон по данным МРТ [16]. Нарушения обоняния и вкуса широко распространены у пациентов с COVID-19 в Европе [17–19]. Lechien и коллеги обнаружили, что среди 417 пациентов с легкой и средней тяжестью COVID-19, 85.6% сообщили о наличии обонятельной дисфункции, и 88.0% – о вкусовой [19]. Среди 59 пациентов, госпитализированных с COVID-19 в Италии, 33.9% сообщили о нарушении обонятельной либо вкусовой чувствительности, и 18.6% отметили нарушение обеих из них [20]. Среди 202 пациентов с легкими симптомами COVID-19 в другой больнице Италии 64.4% имели нарушения обоняния или вкуса [18]. Однако среди 214 пациентов, госпитализированных в Китае (г. Ухань), с тяжелыми или нетяжелыми симптомами COVID-19, только 5.1% и 5.6% имели ухудшение обоняния или вкуса, соответственно; эти нарушения были более распространены среди пациентов с легкой формой COVID-19, нежели с тяжелой (6-7% против 3.0%) [6].

Судороги и энцефалопатия

Опубликовано несколько клинических случаев, когда пациенты с COVID-19 поступали в стационар с лихорадкой, ригидностью затылочных мышц, нарушением сознания, изменениями психического статуса и/или судорогами. Например, Filtov и соавт. сообщили о 74-летней женщине, которая поступила в больницу с лихорадкой, кашлем и спутанностью сознания [23]. На компьютерной томограмме головы был обнаружен очаг перенесенного ранее обширного инсульта в левой височной доле, но новые очаги отсутствовали. Moriguchi и соавт. сообщили о 24-летнем мужчине, который поступил в приемный покой с головной болью, ригидностью затылочных мышц, судорогами и эпизодами потери сознания [24]. МРТ головного мозга показала гиперинтенсивный сигнал в медиальной части височной доли и гиппокампе справа, а также в стенке нижнего рога правого желудочка. У данного пациента мазок из носа и образец спинномозговой жидкости (СМЖ) были положительными на SARS-Co2 по данным ПЦР. Он получал симптоматическое лечение в отделении интенсивной терапии со значительной положительной динамикой. Отмечено, что у него развилась ретроградная амнезия и он не помнил события, произошедшие в начале пандемии COVID-19 (личное общение с доктором). Poyiadji и соавт. сообщили о 58-летней женщине, поступившей в больницу в Детройте с кашлем, лихорадкой и спутанностью сознания. МРТ-картина соответствовала диагнозу острого некротического (геморрагического) энцефалита [25]. Duong и коллеги сообщили о случае 41-летней женщины с COVID-19, которая поступила с головной болью, лихорадкой, дезориентацией в пространстве, судорогами и галлюцинациями [26]. КТ головного мозга и анализ СМЖ не выявили патологии. Yin и соавт. описали случай 64-летнего мужчины с COVID-19, который поступил с внезапно начавшейся летаргией, раздражительностью, диссоциированной речью и спутанным сознанием. КТ и анализ СМЖ также не показали изменений [27]. Мао и соавт. сообщили, что среди 214 пациентов, госпитализированных с тяжелой формой COVID-19, 14.8% имели нарушения сознания и у одного пациента были судороги [6].

Среди пациентов отделения интенсивной терапии с тяжелым течением COVID-19 и острым респираторным дистресс-синдромом (ОРДС) (N = 58) 65% имели спутанность сознания, а 69% – психомоторное возбуждение [28]. Из 13 пациентов в этом исследовании, которым была сделана МРТ по поводу энцефалопатии неясного генеза, у 62% (8/13) было лептоменингеальное усиление сигнала, у 23% (3/13) был ишемический инсульт; у всех 11 пациентов, которым проводили МРТ с введением контраста, была двусторонняя лобно-височная гипоперфузия. Интересно, среди пациентов, которым была проведена диффузно-взвешенная МРТ, у двоих были обнаружены острые небольшие инсульты, не соответствующие неврологической симптоматике. У одного пациента был бессимптомный острый ишемический инсульт в мозжечке [28].

Исследования, касающиеся периферической нервной системы

SARS-CoV-2, подобно SARS-CoV-1, может вызвать серьезные повреждения черепных нервов, периферических нервов и мышц. Слабость мышц лица, затрудненное дыхание, неспособность стоять или ходить или трудности с прекращением ИВЛ могут быть частично обусловлены синдромом Гийена-Барре (GBS), вызванным COVID-19. Gutierrez-Ortiz и соавт. сообщают о лечении двух пациентов с аномалиями движений глаз, соответствовавшими синдрому Миллера-Фишера и краниальному полиневриту. Их симптомы включали аносмию, агевзию, арефлексию, атаксию, межъядерную офтальмоплегию и парез глазодвигательного нерва [29]. Анализ крови на GD1b у одного из пациентов был положительным. Больные получали внутривенный иммуноглобулин (IVIg) и быстро выздоровели. Другой пациент с COVID-19, о котором сообщили Toscano и соавт., имел выраженную слабость мышц лица и сенсорную атаксию [30]. МРТ головного мозга показала усиление сигнала в области лицевого нерва. Он также хорошо ответил на лечение IVIg и выздоровел в течение недели [30]. Другие четыре пациента из этого отчета имели более типичный GBS и симптомы COVID-19 различной степени выраженности. В целом, у пациентов с COVID-19, которые имели нарушения функции черепных нервов и слабость в конечностях различной степени и которым быстро диагностировали GBS, прогноз был благоприятным.

В наблюдательном исследовании, проведенном Mao и соавт., пациенты с COVID-19 в отделении интенсивной терапии имели летаргию, мышечную атрофию и слабость различной этиологии [6]. Тем не менее, выраженность симптомов не соответствовала ожидаемой. Авторы сообщили, что у 19.3% пациентов с тяжелой формой COVID-19 были отмечены выраженные повреждения мышц [6]. Аналогичные проявления были зарегистрированы у пациентов с COVID-19 и в других отделениях интенсивной терапии [31].

Патофизиология неврологических нарушений при COVID-19

Связывание SARS-CoV-2 с ангиотензинпревращающим ферментом 2 (ACE2) является критическим этапом в развитии клинических проявлений у пациентов с COVID-19 [32]. В норме функция ACE2 заключается в регуляции артериального давления путём ингибирования ренин-ангиотензин-альдостероновой системы [33]. ACE2 конвертирует ангиотензин II в ангиотензин(1-7) [33]. Высокие уровни ангиотензина II связаны с вазоконстрикцией, почечной недостаточностью, болезнями сердца, апоптозом и окислительными процессами, которые ускоряют старение и способствуют дегенерации мозга [33]. Эффект таких препаратов, как статины и блокаторы рецепторов ангиотензина, частично осуществляется через ACE2 [34]. В клеточных мембранах многих органов данный фермент также служит рецептором для SARS-CoV-2 [32]. Дефицит ACE2 снижает агрессивность инфекции SARS-CoV-2 [32]. Таким образом, ACE2 может служить мишенью для препаратов против SARS-Co2 [35].

ACE2 широко распространен во многих органах, включая носовую полость, легкие, почки, печень, кровеносные сосуды, иммунную систему и мозг [36, 37]. После связывания с ACE2 в клетках эпителия дыхательной системы, а затем в эндотелии кровеносных сосудов, SARS-CoV-2 запускает цитокиновый шторм с заметным повышением уровней интерлейкина-1, интерлейкина-6 и фактора некроза опухоли [38, 39]. Высокий уровень этих цитокинов увеличивает проницаемость сосудов, создает отек и системное воспаление с последующим повреждением многих органов [40]. Цитокиновый шторм также запускает каскад гиперкоагуляции, вызывая образование мелких и крупных тромбов [39]. Комбинированная гиперактивация маркеров воспаления, повреждения сосудов и факторов свертывания способствует возникновению ОРДС, почечной, печеночной и сердечной недостаточности, инфаркта миокарда, а также множества неврологических патологий. Прямое проникновение в головной мозг было описано для других коронавирусов и может играть роль в демиелинизации или нейродегенерации [2, 12].

Пациенты, которые страдают от последствий COVID-19, включая госпитализацию и изоляцию от членов своей семьи, испытывают большой психологический стресс [41]. Изоляция схожа со стрессом физической иммобилизации, когда резко повышаются уровни кортизола и стероидов [41]. Стресс повышает уровни цитокинов и способствует развитию осложнений у пациентов, которые уже испытывают повреждение органов из-за цитокинового шторма [42]. Продолжительное воздействие стресса и высоких уровней цитокинов могут способствовать развитию психоневрологических и нейрокогнитивных симптомов в долгосрочной перспективе [43] (обсуждается ниже).

Аносмия и агевзия

В некоторых случаях аносмия у пациентов с COVID-19 связана с неспецифическими симптомами инфекции верхних дыхательных путей. Тем не менее, классические симптомы ОРВИ часто отсутствуют у пациентов с COVID-19 [44]. У них не возникает значительной заложенности носа или ринореи [44, 45]. Более того, пациенты с аносмией иногда сообщают об извращении или потере вкусовой чувствительности [46]. Возможно, пациенты путают потерю вкуса с потерей обоняния, так как эти функции тесно взаимосвязаны [46]. Однако несколько исследований показали, что нарушения вкуса у пациентов с COVID-19 встречаются чаще, чем обонятельная дисфункция, и что 10.2–22.5% пациентов с COVID-19 имеют вкусовую дисфункцию в отсутствие обонятельной [17, 19, 45, 47, 48 ]. Таким образом, агевзия – специфический симптом COVID-19, который отличается от заложенности носа при гриппе и не является неправильной интерпретацией нарушения обоняния [47].

Нарушение обонятельных и вкусовых функций, вероятно, связано с SARS-CoV-2-инфицированием эпителиальных клеток слизистой оболочки носа и рта [17, 47]. В обонятельном эпителии, носоглотке и слизистой оболочке полости рта наблюдается высокая плотность ACE2 [49, 50]. Связываясь с ним, SARS-CoV-2 может ингибировать функцию рецепторов обоняния и вкуса.

Для SARS-CoV-1 был описан феномен ретроградного транспорта из слизистой оболочки носа в мозг [51, 52]. Вполне возможно, что SARS-CoV-2 также может пересекать решетчатую пластинку и связываться с нейронами в обонятельной луковице, тем самым снижая обоняние путём воздействия на его центральные механизмы [53]. Ретроградный транспорт вируса из вкусовых рецепторов языка в нейроны ядра солитарного тракта может объяснить агевзию при COVID-19 [54]. Посмертное иммуногистохимическое исследование с электронной микроскопией обнаружило SARS-CoV-1 в некоторых нейронах, но не в обонятельной луковице [55]. В одном сообщении об аносмии у пациента с COVID-19 МРТ головного мозга показала нормальный объем обонятельной луковицы [16]. Требуются дальнейшие нейропатологические и визуализирующие исследования с особым акцентом на ствол мозга и обонятельную луковицу, чтобы узнать, действительно ли SARS-Co2 способен достичь этих структур мозга [52]. Учитывая, что дисфункция обоняния и вкуса распространена среди пациентов с COVID-19 и часто исчезает в течение нескольких недель, ее центральная этиология остается маловероятной.

Заметное различие в доле пациентов, которые страдают от аносмии или агевзии по данным отчетов из Азии и Европы, нуждается в дальнейшей оценке [6, 17]. Исследование госпитализированных больных COVID-19 в Китае (г. Ухань) показало, что только 5% пациентов страдали нарушениями обоняния и вкуса [6]. В трех европейских исследованиях, напротив, частота достигала от 33.9% до 88.0% [9, 17, 18]. Полиморфизм ACE2 может быть причиной этой разницы, однако утверждать это будет уместно лишь после подтверждения объективными данными. Предварительные исследования показывают, что популяции Восточной Азии могут иметь разные частоты аллелей ACE2 [56] и что некоторые варианты ACE2 имеют пониженную способность связывать SARS-Co1 [57]. Таким образом, симптомы и исходы у пациентов с COVID-19 могут сильно различаться в зависимости от того, какой вариант ACE2 представлен в разных тканях. Данное предположение имеет большое клиническое значение и нуждается в дальнейшем изучении.

Цереброваскулярные заболевания

У пациентов с COVID-19, страдающих цереброваскулярными заболеваниями, часто наблюдается артериальная гипертензия [58]. Инсульты, как и другие неврологические нарушения, также чаще встречаются у пациентов с COVID-19, страдающих диабетом [12, 21, 58, 59]. Появляется все больше свидетельств связи между высоким индексом массы тела и заболеваемостью СOVID-19, тяжелым течением инфекции и смертностью от нее [60, 61]. Таким образом, артериальная гипертензия, предиабет и ожирение являются большими факторами риска сердечно-сосудистых и цереброваскулярных осложнений у пациентов с COVID-19 [62]. Мы должны напоминать пациентам с данными нарушениями о необходимости особых профилактических мер в отношении SARS-Co2.

В настоящее время имеются убедительные доказательства того, что пациенты с COVID-19 имеют повышенный риск гиперкоагуляции [40]. Данные церебральной ангиографии и венографии позволяют предположить, что тромбы при ишемическом инсульте у пациентов с COVID-19 могут возникать как в церебральных артериях, так и в венах [21, 63]. Тромбозы у этих пациентов также приводят к инфаркту миокарда, тромбоэмболии легочной артерии и почечной недостаточности [40, 64]. Иногда ишемический инсульт случается одновременно с тромбозом глубоких вен [59]. Состояние гиперкоагуляции, в свою очередь, объясняется высокими уровнями воспалительных маркеров, таких, как C-реактивный белок, ферритин, интерлейкин-1, интерлейкин-6, ФНО-альфа и D-димер [65]. Необходимы дополнительные исследования, чтобы определить, как именно связывание SARS-Co2 с ACE2 запускает цитокиновый шторм и вторичную гиперкоагуляцию – основные факторы заболеваемости и смертности при COVID-19.

Хотя большинство зарегистрированных инсультов у пациентов с COVID-19 были ишемическими, сообщалось и о нескольких случаях геморрагии [12, 21, 66]. Как именно SARS-CoV-2 вызывает внутричерепное кровоизлияние, остается непонятным. Возможно, связывая и подавляя ACE2, SARS-Cov2 замедляет превращение ангиотензина II в ангиотензин(1-7) [33], а высокие уровни ангиотензина II связаны с вазоконстрикцией и увеличением общего периферического сопротивления сосудов. Сужение мозговых сосудов может способствовать их разрыву. Другая возможная причина – полиморфизм АПФ и, как следствие, повышенный риск внутричерепного кровоизлияния, особенно в азиатской популяции [67].

Судороги и энцефалопатия

У пациентов с коморбидностью и применением большого количества препаратов в условиях интенсивной терапии может развиться потеря памяти, снижение скорости обработки информации, бред или даже кома [68]. Снижение мыслительных функций у пациентов с тяжелым COVID-19 не обязательно представляет собой прямое повреждение головного мозга. Однако эти пациенты испытывают энцефалопатию и делирий с большей частотой, чем можно было бы ожидать [6, 69].

Анализ литературы по COVID-19 подтверждает, что SARS-CoV-2 вызывает иммунно-опосредованную энцефалопатию в большей степени, чем прямую вирусную энцефалопатию [12]. SARS-CoV-2-активация цитокинов, таких, как интерлейкин-1, интерлейкин-16 и ФНО-альфа, вызывает повреждение гематоэнцефалического барьера (ГЭБ) ​​[12]. С нарастанием повреждения ГЭБ цитокины проникают в паренхиму головного мозга, особенно в височные доли, где ГЭБ слабее [70, 71]. Сильный воспалительный ответ приводит к судорогам и энцефалопатии [12]. Также судороги может вызвать прямое инфицирование нейронов при проникновении элементов крови в мозг. Нейроны действительно экспрессируют ACE2, а посмертные патологические исследования выявили SARS-CoV-1 (с помощью электронной микроскопии) в некоторых нейронах пациентов с SARS-ОРДС [72]. Однако о положительной ПЦР на SARS-CoV-2 в СМЖ сообщено лишь у двух пациентов с менингитом/энцефалитом [24, 73], в других случаях по данным ПЦР вирус не был обнаружен [23, 27, 28, 74]. Неспособность обнаружить SARS-Co2 в большинстве исследований пациентов с COVID-19-энцефалопатией может быть связана с отсутствием оптимальных методов тестирования или, скорее, с меньшей ролью вирусной нагрузки в СМЖ/мозге [75].

У пациентов с COVID-19, имеющих острую головную боль, ригидность затылочных мышц, судороги и спутанность сознания, следует подозревать менингит [24]. Мозговые оболочки богаты кровеносными сосудами и имеют высокий уровень экспрессии ACE2 [37]. Повреждение этих кровеносных сосудов и воспаление мозговых оболочек могут, в свою очередь, привести к симптомам менингита [12].

Отдаленные осложнения: нейрокогнитивные и психиатрические

Нейроны содержат значительные уровни ACE2, и, таким образом, SARS-CoV-2 может проникать в них и нарушать производство энергии (в митохондриях) и фолдинг белка [83]. SARS-CoV-2, как и другие коронавирусы, может оставаться внутри нейронов, не проявляя острой токсичности [11]. Таким образом, аномальный фолдинг и агрегация белков у пациентов, перенесших острую инфекцию SARS-CoV-2, теоретически может привести к дегенерации мозга спустя десятилетия [83]. Поскольку некоторые из эффектов SARS-CoV-V-2 могут проявляться через месяцы или годы после заражения, таким пациентам необходимо наблюдение. Ведение точного реестра больных COVID-19 с неврологическими нарушениями в будущем позволит нам оценить вероятные связи с ассоциированными со старением расстройствами и нейродегенеративными нарушениями, такими как болезнь Паркинсона. Ранее была показана связь между инфицированием SARS-Co1 и повышенным риском развития болезни Паркинсона [84] и рассеянного склероза [85].

Мы все еще находимся на ранней стадии пандемии, и основное внимание уделяется лечению жизнеугрожающих последствий COVID-19: легочной эмболии, ОРДС, инфаркта миокарда, энцефалита, почечной недостаточности, парезов и комы. Однако вполне вероятно, что цитокиновый шторм и ишемические повреждения мозга, повреждение ГЭБ и воспаление мозговой паренхимы будут иметь долгосрочные психоневрологические последствия. Таким образом, системы здравоохранения во всем мире могут столкнуться в ближайшие годы с волной пациентов с депрессией, посттравматическим стрессовым расстройством, беспокойством, бессонницей или психозом, а также с когнитивными нарушениями. Как и при SARS-CoV-1 и MERS, не все пациенты с SARS-CoV-2 полностью восстановят свои исходные эмоциональные и нейрокогнитивные функции после выписки. Исследование нервно-психических последствий SARS-Co1 через 31-50 месяцев после острой инфекции выявило признаки посттравматического стрессового расстройства (39%), депрессии (36,4%), обсессивно-компульсивного расстройства (15,6%) и панических расстройств (15,6%) [10].

Цитокиновый шторм при COVID-19 может привести к серии небольших инсультов, не вызывая заметных неврологических нарушений [28]. При выписке после острой инфекции SARS-CoV-2 эти пациенты могут иметь нарушения памяти, внимания и скорости обработки информации. Для них было бы полезно обратиться к неврологу или пройти нейрокогнитивное тестирование через 6-8 месяцев после выписки при сохранении жалоб. Для пациентов с низкими показателями когнитивных тестов можно рассмотреть возможность нейрореабилитации. Тем самым может быть снижен риск развития возрастного снижения когнитивных функций в дальнейшем [86, 87].

Очевидно, что больные COVID-19 с сосудистыми факторами риска, такими как ожирение, артериальная гипертензия и диабет, имеют более тяжелый исход по сравнению с практически здоровыми людьми, заразившимися SARS-CoV-2. Регулярные физические упражнения, здоровое питание, снижение уровня стресса, улучшение сна и другие рекомендации по снижению сердечно-сосудистого риска в настоящее время актуальны, как никогда [86, 87]. Делая свой организм более устойчивым к действию SARS-CoV-2, пациенты с COVID-19 могут улучшить свои шансы на быстрое и успешное выздоровление.

Внедрение в неврологическую практику в будущем

Учитывая значительную встречаемость и смертность от цитокин-индуцированной гиперкоагуляции и тромбообразования в легких, сердце, почках и мозге при COVID-19, необходимо изучать лечение антиагрегантными и антикоагулянтными препаратами, такими как аспирин или гепарин. Их профилактическое применение может привести к снижению частоты легочной эмболии, ишемии миокарда, почечной недостаточности и ишемических инсультов. Клинические испытания для проверки этой гипотезы должны начаться незамедлительно. Также существует необходимость в клинических испытаниях, которые зарегистрируют острые неврологические симптомы, подробные результаты неврологических тестов, прогрессирование и восстановление в долгосрочной перспективе у пациентов с COVID-19.

Медицинским работникам нужно помнить, что неврологические нарушения могут быть единственными симптомами COVID-19 и при госпитализации таких пациентов существует риск распространения инфекции в больничной среде [2]. В будущем может быть полезно анкетирование по поводу аносмии, агевзии, лихорадки, кашля, затрудненного дыхания или проживания с лицами, инфицированными SARS-CoV-2, при записи на прием. Также можно сделать обязательным измерение температуры, артериального давления, частоты сердечных сокращений и сатурации кислорода у всех пациентов, которые посещают невролога.

Наконец, хотя у пациентов с COVID-19 может наблюдаться широкий спектр неврологических симптомов, начиная от аносмии, парезов черепных нервов, слабости, инсультов и до судорог или энцефалопатии, все эти состояния могут быть вызваны и сопутствующей патологией. Пациент с впервые возникшей односторонней слабостью, судорогами или диплопией может страдать другим заболеванием, даже если у него обнаружена инфекция SARS-CoV-V-2. Мы должны добавить COVID-19 в список для дифференциальной диагностики в неврологическом отделении и помнить, что пациентам необходимо пройти полное стандартное обследование для оценки их состояния и назначения терапии. Неврологам необходимо рассмотреть вопрос о назначении анализов крови на уровни цитокинов, D-димера, СРБ, ферритина и лимфоцитов, а также ПЦР и/или серологических тестов на SARS-Co2 [7].

Выводы

COVID-19 имеет широкий спектр неврологических проявлений, связанных с повреждением центральной и периферической нервной системы цитокиновым штормом, тромбозами, прямой токсичностью SARS-CoV-2 и/или молекулярной мимикрией. Данный обзор актуальной литературы представляет собой лишь основу того, что в конечном итоге станет отдельной активной областью исследований. Потребуется много работ, чтобы понять основы нейробиологии COVID-19, в том числе подробное описание когорт больных с продольным наблюдением. Стандартизированные методы, такие как количественная ЭЭГ, жидкостные биомаркеры, когнитивные тесты и мультимодальная нейровизуализация, также могут принести вклад в изучение отдаленных последствий COVID-19, таких как депрессия, потеря памяти, легкие когнитивные расстройства или болезнь Альцгеймера.

Как переживают потерю обоняния люди, чья работа связана со вкусами и запахами

Временная потеря обоняния считается одним из самых характерных симптомов COVID-19. По оценке Британской медицинской ассоциации, аносмию испытывают 55% больных коронавирусом, при этом у 10,6% пациентов по прошествии месяца улучшений не наблюдалось.

Как правило, из-за потери обоняния больные не способны чувствовать не только запахи, но и вкусы, за исключением разве что базовых — кислого, сладкого, соленого и горького (хотя известны случаи, когда исчезали и они). Мир без ароматов и вкусов весьма неполноценен, и автор этих строк поняла это на собственном опыте: несколько дней казалось, будто находишься в вакууме, а нос и язык ощущались как какие-то силиконовые протезы. Однако самой большой проблемой аносмия стала для тех, кому острота обоняния и вкуса нужна для работы.

Владимир Саркисян,
шеф-повар Subzero, Москва

Я потерял вкус и обоняние в июне. Проснулся утром, пошел завтракать — и понял, что ничего не чувствую: еда ощущалась просто как некая консистенция. Сдал тест на COVID-19, диагноз подтвердился.

Почти три недели мы с супругой провели на карантине. Поскольку обоняние пропало сразу у обоих, в быту потеря не особо мешала — не нужно было доводить блюда до идеального вкуса. Постепенно я стал чувствовать яркие запахи, яркие вкусы. Первым ощутил вкус апельсина. До этого я ел апельсины, но не чувствовал ни кислоты, ни сладости — рецепторы не работали совсем. И вдруг отдаленно начинаю понимать, что это апельсин — большая радость! От безвкусицы ощущалась какая-то усталость, а когда вкусы стали возвращаться, еда приобрела особую ценность. Сейчас вкусы и запахи я ощущаю процентов на 85. Иногда, правда, случаются сбои — не всегда вижу полную вкусовую картину блюда или его отдельных ингредиентов. Постоянно кажется, что мало соли. Но я всегда перестраховываюсь, даю пробовать блюда коллегам по кухне.

Генри Григорян,
сомелье, «Винный Базар», Москва

Коронавирус я подхватил в отпуске на Черноморском побережье. Почувствовал ломоту в мышцах, небольшую боль в глазах, поднялась температура. Спустя пару дней эти симптомы прошли, но я заметил одно удручающее обстоятельство: перестал чувствовать, как пахнет свежий хлеб и другие не особо яркие по аромату продукты, запах только что сваренного в турке кофе притупился. Ароматы начали постепенно «уезжать», я сдал тест, и он оказался положительным.

Год с COVID-19. Специальный проект РБК

Я был уверен, что вскоре обоняние вернется. Каждое утро просыпался в 6 часов, бежал на кухню, открывал банку с молотым кофе и проверял свои рецепторы. Но прошла неделя, затем другая, а обоняние не возвращалось, и признать факт его отсутствия было очень тяжело. Спустя примерно месяц нос начал меня радовать — кофе снова стал пахнуть как кофе, появилось ощущение удовольствия от еды и напитков. Но не все оказалось так просто.

У меня была запланирована онлайн-дегустация вина, которую мы организовали вместе с коллегой. Я был полностью уверен, что с моим обонянием уже все отлично и я в форме. Но случился казус — на первом же образце я понял, что не чувствую винную ароматику. Нужно как-то описать вино — а я вообще ничего не чувствую! Было очень неловко, я открыл мессенджер и написал коллеге: «Ничего не чувствую! Описывай ароматику, я про историю буду рассказывать». Коллега быстро смекнул, в чем дело, начал пробовать и описывать вина, я же погружал гостей в историю сортов, стран и производителей. В результате дегустация прошла отлично, но я понял, что дело дрянь, позвонил нашему директору по маркетингу и предложил свою помощь — время по вечерам теперь освободилось.

Как оказалось, я стал хорошим сотрудником отдела маркетинга. Сейчас составляю расписание дегустаций по всей сети баров «Винный Базар», веду проект «Гастромафия» (еду нужно отгадывать с закрытыми глазами), помогаю с организацией кейтерингов. Мне нравится эта работа, я рад, что смог попробовать себя в другом амплуа. Но ароматику вин я до сих пор почти не чувствую и очень по ней скучаю. Очень надеюсь, что вскоре обоняние вернется. Начал делать дыхательную гимнастику — говорят, это помогает.

Сергей Борисов,
парфюмерный критик Fragrantica, Красноярск

У меня за последние полгода нос отключался дважды. Весной я обнаружил потерю обоняния буквально на рабочем месте — писал обзор духов, нюхал их в течение дня и к вечеру вдруг почувствовал, что запах как-то расплывается. Ощущаю его не так полно, общее впечатление нечеткое, мутноватое, будто я его не чувствую, а придумываю. Взял другие хорошо знакомые духи — Virgile Sylvaine Delacourte — и понял, что еле слышу их сливочную ваниль. Стал пробовать остальные ароматы: одни не чувствовались совсем, в других ощущался лишь спирт, а пряные будто обжигали слизистую, но запаха не давали.

На следующий день у меня совсем не работали ни нос, ни вкусовые рецепторы. Я ощущал только температуру и текстуру пищи, а удовольствия не было. Любимый шоколад превратился в пластилин, ни шампунь, ни жвачка, ни зубная паста — не пахло ничего! А ведь все это тешит наш гедонизм, тягу к удовольствиям. И вдруг ничего нет. Я подумал, что если это навсегда, то жизнь получится очень грустной.

Насколько COVID-19 может быть опаснее гриппа. Факты и цифры

Коронавирус в тот раз у меня не обнаружили, никто в семье не заболел, и довольно скоро обоняние полностью восстановилось.

А в октябре я заболел COVID-19, который подтвердился лабораторно. И потерял обоняние всего лишь на день. Но в этот момент я перестал верить собственному носу. Вроде что-то чувствуешь, но ощущение, что что-то не то. Как будто нос подвирает. Я тогда тестировал духи Moonlight in Chiangmai Dusita Paris, и была возможность сверить свои ощущения с их создательницей, парфюмером Писсарой Умавиджани. Спрашиваю ее: там же есть кожа? Она отвечает, что классической кожи нет, но есть цитрусы. А я их не чувствую! Слышу что-то фруктовое, а что — не могу сообразить. В общем, оставил я этот обзор до утра, просыпаюсь и понимаю, что цитрусы на месте, фрукт — ананас, а аромат кожаной группы, как оказалось, все же присутствует, просто сделан он не традиционным изобутилхинолином (душистое вещество, используется для получения аромата кожи с оттенками ветивера, лесного ореха и табака), а стираксом, более мягким природным веществом. То есть группу я правильно назвал, а то, чем кожаный эффект был произведен, нос мне не подсказал. После этого я на какое-то время перестал ему доверять, но постепенно это прошло.

Тем, кто из-за вируса потерял аромат, я бы посоветовал тренировать нюх — больше нюхать все вокруг, осознавать, что чем пахнет. Это, в общем, и для здорового человека полезно — некоторые ученые в США даже считают, что, пополняя банк ароматических впечатлений, мы отдаляем старческую деменцию.

Комментарий врача

Инна Яловинская,
врач-оториноларинголог, «Реал Клиник», Москва

Систематический обзор и метаанализ показали, что обонятельные расстройства можно выявить в среднем у 53–55% больных COVID-19, а нарушение вкуса — почти у 45% пациентов. Причины аносмии при COVID-19 пока до конца не ясны и требуют дальнейшего изучения. Изначально предполагалось, что нарушение обоняния возникает вследствие повреждения обонятельного эпителия, гибели ольфакторных нейронов. В то же время в эксперименте на мышах было выявлено стремительное распространение вируса по нейронам в обонятельную луковицу и соседние отделы головного мозга.

Известно, что вирус, проникая в клетки, цепляется за определенные рецепторы — ангиотензинпревращающий фермент 2 типа. Такие рецепторы есть в слизистой оболочке носа и глотки, других органов, а также в слуховых клетках, отвечающих за первичное восприятие запахов и звуков. Нарушение работы этих клеток — одна из версий возникновения аносмии и дисгевзии, нарушения вкуса.

Финансовые рынки в эпоху COVID: новые звезды и потерянные деньги

Восстановление обонятельной функции при COVID-19 обычно начинается через две недели после начала аносмии, однако в отдельных случаях нарушение обоняния может сохраняться и после выздоровления. У 5–10% пациентов за эти месяцы наблюдения обоняние пока вообще не вернулось, у некоторых оно искажается или теряется его острота.

При аносмии я советую пациентам прежде всего увлажнять слизистую полость носа, поддерживать нормальную (50–60%) влажность воздуха в помещении. Эффективны интраназальные топические кортикостероиды (гормональные препараты для лечения лор-заболеваний), витамины группы В, цинк, препараты, улучшающие метаболизм и энергообеспечение тканей, — но принимать все это можно только по рекомендации лечащего врача. Контроль обонятельной функции, ольфактометрия (измерение остроты обоняния), проводится на приеме у лор-врача с помощью набора пахучих веществ. Можно устраивать тренинги дома — вдыхать носом пахучие вещества от двух до восьми раз в день. Обычно используют масла розы, эвкалипта, лимона, гвоздики, зеленого чая, розмарина, бергамота.

Впервые эффективность такого тренинга была изучена немецким профессором Томасом Гуммелем у пациентов с поствирусной, посттравматической и идиопатической аносмией. Через 12 недель обоняние у них улучшилось. Позже этот метод дал положительный результат при гипосмии (снижении обоняния), связанной с болезнью Паркинсона. 

Страница не найдена |

Страница не найдена |

404. Страница не найдена

Архив за месяц

ПнВтСрЧтПтСбВс

45678910

11121314151617

18192021222324

252627282930 

       

       

       

     12

       

     12

       

      1

3031     

     12

       

15161718192021

       

25262728293031

       

    123

45678910

       

     12

17181920212223

31      

2728293031  

       

      1

       

   1234

567891011

       

     12

       

891011121314

       

11121314151617

       

28293031   

       

   1234

       

     12

       

  12345

6789101112

       

567891011

12131415161718

19202122232425

       

3456789

17181920212223

24252627282930

       

  12345

13141516171819

20212223242526

2728293031  

       

15161718192021

22232425262728

2930     

       

Архивы

Май

Июн

Июл

Авг

Сен

Окт

Ноя

Дек

Метки

Настройки
для слабовидящих

Посттравматическая аносмия у пациентов с легкой черепно-мозговой травмой (мЧМТ): систематический иллюстрированный обзор

Surg Neurol Int. 2016; 7 (Приложение 10): S263–S275.

Phileas J. Proskynitopoulos

Отделение нейрохирургии, Медицинский центр Beth Israel Deaconess, Бостон, США

Martina Stippler

Отделение нейрохирургии, Медицинский центр Beth Israel Deaconess, Бостон, США

Ekkehard M. Kasper 9 Нейрохирургия, Медицинский центр Бет Исраэль Диаконисс, Бостон, США

Отделение нейрохирургии, Медицинский центр Бет Исраэль Диаконисс, Бостон, США

* Автор, ответственный за переписку

Поступила в редакцию 27 января 2016 г .; Принято 1 апреля 2016 г.

Авторские права: © Surgical Neurology International, 2016 г.

Эта статья находится в открытом доступе и распространяется в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 3.0, которая позволяет другим микшировать, настраивать и развивать произведение в некоммерческих целях, если поскольку автор указан, и новые творения лицензируются на тех же условиях.

Эта статья была процитирована другими статьями в PMC.

Abstract

Background:

Обонятельная дисфункция (ОД) — это расстройство, связанное с черепно-мозговой травмой (ЧМТ), которое встречается у 20% пациентов, страдающих ЧМТ.Тем не менее, в большинстве исследований, посвященных взаимосвязи между передозировкой и ЧМТ, не проводится различие между различными типами ЧМТ (легкой, средней и тяжелой). В этой статье мы провели всесторонний и систематический обзор существующей литературы о связи между легкой ЧМТ (mTBI) и OD, чтобы изучить их взаимосвязь, сосредоточив внимание на ее нейрохирургическом лечении и рентгенографических характеристиках.

Методы:

База данных MEDLINE подвергалась систематическому обзору в соответствии с рекомендациями по предпочтительным элементам отчетности для систематических обзоров и мета-анализов.Мы нашли 66 статей, из которых 10 соответствовали нашим критериям.

Результаты:

Во всех исследованиях, кроме двух, сообщалось о значительной связи между тяжестью травмы и обонянием. В двух исследованиях была обнаружена отрицательная корреляция между тяжестью ЧМТ и объемом обонятельной луковицы, причем в одном из них сообщалось о значении r , равном -0,62). В трех исследованиях сообщалось о связи между рентгенологическим наблюдением внутричерепного кровоизлияния или переломов основания черепа и ЧМТ в анамнезе.

Заключение:

По результатам нашего поиска мы пришли к выводу, что передозировка является распространенной, но недостаточно диагностируемой проблемой при мЧМТ.Поскольку передозировка связана со значительным снижением качества жизни, мы считаем, что нейрохирургическим бригадам необходимо оценивать обонятельную функцию у пациентов с ЧМТ при обращении в клинику. Чтобы проиллюстрировать этот сценарий, мы включили в этот обзор два различных случая пациентов с аносмией после mTBI. Наконец, мы предлагаем алгоритм лечения пациентов с mTBI, чтобы возможный OD можно было диагностировать и лечить как можно раньше.

Ключевые слова: Аносмия, черепно-мозговая травма, обонятельная дисфункция, черепно-мозговая травма

ВВЕДЕНИЕ

Аносмия определяется как общая неспособность воспринимать обоняние и представляет собой наиболее глубокую обонятельную дисфункцию (ОД).OD может быть вызвана различными патофизиологическими механизмами; это может быть либо первичная дисфункция, развившаяся эмбриологически (например, из-за недоразвития конечного мозга или периферических поражений, затрагивающих обонятельные волокна на уровне решётчатой ​​пластинки), либо она может быть связана с нарушением какой-либо из внутричерепных релейных станций. В последних сценариях он может включать любой из центральных путей, таких как обонятельная луковица (OB) и обонятельный тракт (OT), а также орбитофронтальная кора, лобная доля и передне-нижняя часть височной доли. грушевидная кора, периамигдалоидная кора, собственно миндалина, а также энторинальная кора и энторинальный бугорок.[28,33,34,49,50]

Однако чаще всего это приобретенная дисфункция и следует за черепно-мозговой травмой (ЧМТ), при этом некоторые исследования показывают, что от 5% до 20% людей, страдающих от передозировки, имели перенес предшествующую травму головы.[31] Это соответствует частоте от 5% до 16% [3, 43], а в некоторых исследованиях до 30% [4] пациентов с черепно-мозговой травмой, впоследствии страдающих от передозировки.

Визуализирующая диагностика

Исследования с помощью магнитно-резонансной томографии (МРТ) показали, что у пациентов с ЧМТ областями мозга, наиболее часто связанными с передозировкой, являются OB и OT, височная доля и подлобная доля.[49,50] В целом, уменьшение объема ОЖ связано с ОП, что было показано в исследованиях функциональной МРТ у пациентов с ОП из-за ЧМТ [25,34,49]. Это наблюдение подтверждается наблюдениями, сделанными для других Состояния OD, такие как хроническое воспаление [38, 49, 50], шизофрения [32, 44] и некоторые нейродегенеративные заболевания, такие как болезнь Альцгеймера [35]. В обзоре Rombaux, Duprez и Hummel авторы указали, что уменьшение объема ОЖ обычно коррелирует с OD; хотя в их статье эта корреляция была действительна только для ретроназальной, а не для ортоназальной идентификации запаха.[34] Имеются убедительные доказательства того, что, в частности, объем ОЛ может меняться со временем после восстановления обонятельной функции (ОФ). [6,18,34]

Области мозга и связанные с ними функциональные тесты с обонятельной дисфункцией

Исследования, проведенные за последние несколько лет, дали убедительные доказательства того, что энторинальная кора и OB являются нейронными структурами, которые проявляют нейропластичность и, что наиболее важно, обладают потенциалом для значительной регенерации.[28,46] Сообщалось о резко различающихся скоростях восстановления как для периферических, так и для центральных поражений у животных [7,28,31,48] и людей [29,46], при этом периферическая регенерация лучше изучена и более подробно изучена, чем центральная регенерация. .[28] Показатели восстановления были изучены с использованием так называемого теста «Нюхательных палочек» (SST), чтобы проверить измеримое улучшение OF с течением времени. [22] Как для постинфекционных, так и для посттравматических популяций пациентов исследования сообщили о значительном улучшении показателей OF по сравнению с исходным уровнем, который оценивался изначально.[29] Следует отметить, что зарегистрированное увеличение OF было меньше для посттравматических пациентов; в одном исследовании у 67,8% пациентов, ранее страдавших инфекциями верхних дыхательных путей, наступило улучшение, в то время как только у 32% посттравматических пациентов наблюдалось выздоровление в некоторой степени [29]. Используя SST, можно оценить порог запаха, различение и идентификацию (TDI) и количественно выразить в балле TDI. Любое значение ниже 16,5 интерпретируется как аносмия, от 16,5 до 30,5 — как гипосмия, а выше 30,5 — как нормосмия.[29] Тест идентификации запаха Пенсильванского университета (UPSIT) состоит из четырех тестовых буклетов, содержащих по 10 ароматизаторов в каждом, что дает в общей сложности 40 различных показателей.[10,13] Одорант высвобождается с помощью так называемой техники «поцарапать и понюхать», т. е. путем царапания поверхности капсулы карандашом. В целях оценки каждый запах оценивается четырьмя вариантами; «Этот запах в основном пахнет: а) бананом, б) апельсином, в) кожей, г) мятой».

Восстановление обонятельной дисфункции после черепно-мозговой травмы

Скорость восстановления любого ОФ зависит от нескольких клинических факторов, а не только от анатомической локализации поражения.В 1995 году Икеда и др. . посмотрели на группу пациентов, которые ранее перенесли ту или иную форму черепно-мозговой травмы. Авторы попытались изучить влияние стероидов в этих условиях, а именно бетамазона или преднизолона (30–60 мг в начале с последующим снижением дозы), и исследовали восстановление ОФ у 20 таких пациентов.[23] Из этого исследования был сделан вывод, что стероиды способствуют регенерации ОВ, а наблюдаемое восстановление ОВ имеет корреляцию с периодом, прошедшим между моментом травматического повреждения и началом лечения.[15,23] Цзян использовал следующую схему дозирования преднизолона: 15 мг четыре раза в день в течение 3 дней, 10 мг четыре раза в день в течение 3 дней, 10 мг три раза в день в течение 3 дней, 10 мг два раза в день в течение 3 дней и 5 мг два раза в день в течение 3 дней. в сочетании с последующим тестированием OF с использованием порогового теста обнаружения запаха фенилэтилового спирта (ФЭА). В этом исследовании у 16,4% пациентов наблюдалось улучшение ОФ после лечения стероидами, в то время как в исследовании Фуджи соотношение улучшения было у 6 из 18 пациентов [15, 26]. лечение не контролировалось, что, возможно, оказало негативное влияние на измеренный эффект стероидов.В дополнение к этому авторы предположили, что улучшение ОФ можно частично объяснить спонтанной регенерацией (иногда у трети пациентов) [28] и устранением гематомы или отека в пораженных обонятельных областях [23].

Взаимосвязь между тяжестью травмы и обонятельной дисфункцией

Несколько авторов предположили, что патофизиология аносмии у пациентов с ЧМТ коррелирует с тяжестью травмы (например, согласно шкале комы Глазго (ШКГ), продолжительности посттравматического Амнезия (PTA) или потеря сознания (LOC)).В нескольких исследованиях сообщалось о сильной связи между передозировкой и тяжестью ЧМТ [12, 29, 50]. Как тяжелая, так и умеренная ЧМТ тесно связаны с передозировкой [37]. mTBI, с другой стороны, менее изучен; в отчете о случае, опубликованном в 2000 г., описан пациент, который страдал полной аносмией после mTBI. Кроме того, Schofield и др. . пришли к выводу в своем систематическом обзоре, что в изученных ими исследованиях в случае mTBI результат способности обоняния существенно не отличался между людьми, перенесшими mTBI, и людьми в контрольных группах.

Цель нашего обзора

Насколько нам известно, нет обзоров, в которых специально изучалась бы взаимосвязь между ЧМТ и ее нейрохирургическим лечением, а также одновременно изучались рентгенологические характеристики у пациентов, страдающих ОЗ. Поэтому мы провели всесторонний обзор по этой теме, чтобы представить целостную картину текущего состояния исследований в этой области, которую мы также проиллюстрировали двумя отдельными случаями. Представленные клинические виньетки дадут пример того, как наше учреждение лечило двух образцовых пациентов, которые перенесли mTBI и развили посттравматическую аносмию.Несмотря на очень похожие механизмы повреждения и сопоставимые клинические проявления, с тех пор у одной из пациенток восстановилось обоняние, а у другой пациентки – нет. Поэтому мы попытаемся ответить на следующие вопросы:

  • Имеются ли доказательства связи между ЧМТ, ОП и некоторыми рентгенографическими характеристиками?

  • Почему и аносмия, и передозировка остаются часто недиагностируемой проблемой у пациентов, страдающих мЧМТ?

  • Каким образом можно изменить нейрохирургическое лечение пациентов с ЧМТ, чтобы обеспечить более перспективную реабилитацию пациентов с посттравматическим ПД?

ИЛЛЮСТРАЦИЯ СЛУЧАЯ #1

В 2010 году 56-летняя женщина обратилась в нашу клинику после того, как ее сбила машина.По прибытии у пациентки была амнезия к этому событию, и она не могла вспомнить фактическую аварию или свою поездку в больницу. Ее GCS был оценен как 14, и пациент был стабилен, внимателен, но слегка сбит с толку, хотя она была ориентирована на себя и дату. При неврологическом обследовании выявлен постконтузионный синдром, все остальные исследования без патологических изменений. Никакого хирургического вмешательства не понадобилось.

В рамках лечения травмы и ЧМТ дежурный нейрохирург запросил компьютерную томографию черепа без контраста [].Визуализация показала левосторонний перелом затылочной кости, распространяющийся через мыщелок в центральном направлении, а также вовлекающий правый клиновидный синус и затемнение правого клиновидного синуса, что свидетельствовало о сопутствующем кровоизлиянии. В окнах мягких тканей выявлены небольшие двусторонние лобные субдуральные гематомы, а также субарахноидальное кровоизлияние над правой лобной долей. Сообщалось о небольшом подапоневротическом кровоизлиянии, расположенном вверху в левой лобной области и внизу в правой лобной области. Смещения срединных структур, вклинения и внутрижелудочкового кровоизлияния не наблюдалось.При визуализации также было обнаружено случайное субсантиметровое кальцифицированное парафальциновое поражение, что наводило на мысль о менингиоме; однако это не имеет клинического значения для данного случая. КТ-травма туловища выявила переломы левой верхней и нижней ветвей лобковой кости, левого крестцового и парасимфизарного переломов, а также перелом левой ключицы, что свидетельствует о значительном воздействии инцидента.

Острая травма КТ (а-г): (а) Аксиально-лобная субдуральная гематома слева (б) Аксиально-лобная субдуральная гематома (в) Затылочный перелом 1 (г) Затылочный перелом 2

Больной находился под наблюдением в отделении реанимации и интенсивной терапии.КТ головы повторили через 12 ч для оценки внутричерепного кровоизлияния (ВЧК) на предмет возможного распускания ушибов и расширения субдурального кровоизлияния (СДГ) и субарахноидального кровоизлияния (САК). Последующая визуализация не выявила новых очагов ВМК. У нее не развилась гидроцефалия и не было прогрессирования ВЧГ. Она была выписана через четыре дня после аварии без каких-либо других зарегистрированных неврологических отклонений.

Несколько месяцев спустя пациентку повторно обследовали в нашей амбулаторной клинике для последующего наблюдения, где она сообщила о полной аносмии.Других неврологических нарушений при осмотре не обнаружено. Для выяснения причины ее симптомов было проведено МРТ. Не сообщалось о постоянном или новом экстрааксиальном скоплении жидкости или о новом ВКГ. Желудочки и экстрааксиальные ликворные пространства (ЦСЖ) были нормальных размеров и конфигурации. МРТ выявила признаки лобно-базальной энцефаломаляции. []. В дополнение к этому было описано случайное почти пустое седло, однако его значение было неопределенным.

Отсроченное МРТ-исследование: (a) коронарная Т2-энцефаломаляция (b) коронарные снимки, показывающие энцефаломаляцию (c) сагиттальное изображение, показывающее фронтальную энцефаломаляцию (d) небольшой гем GRE

жженых спичек/корицы/кофе) по поводу ее стойкой аносмии.Она отрицала наличие каких-либо неврологических симптомов, таких как головная боль, тошнота, рвота, головокружение или судороги, а также нарушения функции кишечника или мочевого пузыря. Обследование подтвердило сохранение способности ощущать все вкусовые качества соленого, кислого, сладкого и горького, но пациент сообщил о полной утрате ароматических ощущений (обоняние кофе, корицы, гвоздики, пищи). Повторная МРТ не выявила новых аномалий, за исключением вышеупомянутой лобно-базальной энцефаломаляции и умеренных отложений гемосидерина на GRE-последовательностях, отражающих ее предшествующую ВЧК.Ее аносмия была объяснена механизмом ее предшествующей травмы головы, которая привела к повреждению нервных волокон, пересекающих решетчатую пластинку, обонятельную нить. Ей объяснили, что регенерация этих нервных волокон и последующее восстановление обоняния маловероятны. С тех пор за пациенткой наблюдались последовательные обследования и визуализация, и на данный момент, почти через пять лет после ЧМТ, она остается неврологически на исходном уровне без признаков функционального восстановления обоняния.Это дело привело к сложным оценкам на протяжении всего процесса раскрытия информации в ходе продолжительного судебного разбирательства, которое совсем недавно было урегулировано арбитражем и вошло в историю права, став первым делом об аносмии, урегулированным в пользу истца.[41]

ИЛЛЮСТРАЦИЯ СЛУЧАЯ #2

В августе 2005 года 22-летняя женщина обратилась в нашу клинику после того, как ее сбила машина во время пробежки. Она потеряла сознание на месте происшествия, но к моменту прибытия в больницу ее состояние по шкале ШКГ составило 14 баллов.Когда ее спросили, что случилось, она оказалась под амнезиаком и не могла вспомнить ни фактического происшествия, ни поездки скорой помощи.

Неврологическое обследование по прибытии показало, что пациент был сонным, но его можно было возбудить голосом. Она была ориентирована на человека, но не могла перечислить месяцы или годы, не засыпая. Ее понимание было хорошим, и она могла выполнять команды, однако говорила только короткими лаконичными предложениями. Дизартрии и парафразных ошибок при обследовании не отмечено.Были проверены все черепные нервы, кроме обонятельного нерва, и никаких отклонений не было зарегистрировано. Ее двигательная сила, чувствительность и координация оказались неповрежденными. Она была осмотрена ортопедической хирургией на наличие других травм, в том числе переломов таза и левого колена.

После обследования в травматологическом отделении была проведена компьютерная томография головы. Визуализация выявила перелом правого основания черепа с вовлечением затылочной кости, небольшое количество субарахноидальной крови, а также пневмоцефалию в правой задней черепной ямке из-за перелома сосцевидного отростка [].Детальное нейрохирургическое обследование не выявило ликвореи. Расслоения сонных артерий на КТА не отмечено.

Пациентка получила гидроморфон, тразодон и ондансетрон от болей и тошноты и была выписана на третий день после травмы в стабильном общем состоянии с указанием на последующее наблюдение в наших клиниках.

Через три месяца в нашей амбулаторной клинике было проведено контрольное неврологическое обследование для переоценки. Во время обследования пациентка сообщила о полной потере обоняния как о своем единственном симптоме, но отрицала какие-либо другие жалобы, такие как головная боль, тошнота, рвота, головокружение или судороги.Также было обнаружено, что она неврологически цела. Мы рассказали ей во время визита в клинику, что именно эта инвалидность чаще всего наблюдается у пациентов с закрытой черепно-мозговой травмой и сочетанными переломами затылочной кости. Мы объяснили пациентке, что ее аносмия, скорее всего, была вызвана срезанием тонких нервов обонятельных нитей и разрывом обонятельной луковицы, и мы посоветовали проконсультироваться с неврологом или отоларингологом во время последующего наблюдения, чтобы получить полная обонятельная оценка и некоторые предложения по возможной терапии.Мы пришли к выводу, что нейрохирургическое вмешательство не показано, и мы будем наблюдать за ней только выжидательно. Пациентка была опустошена известием о вероятной необратимой потере обоняния, поскольку она намеревалась поступить в уважаемую кулинарную школу в Нью-Йорке. Позже пациентка была обследована в другом учреждении, включая дополнительные рентгенографические исследования с использованием МРТ, которые показали очень незначительное количество субарахноидальных отложений гемосидерина от ее предшествующего САК, но не выявили каких-либо посттравматических изменений паренхиматозного сигнала (пленки не показаны).

После травмы и после 12-месячного периода полной аносмии к ней почти полностью восстановилась способность воспринимать ароматические запахи. Ее многогранные личные размышления об этом жизненно важном опыте позже были выражены в автобиографической книге под названием «Сезон по вкусу». следовательно, мы намеревались изучить взаимосвязь между таким, казалось бы, mTBI и его нейрохирургическим лечением и решили одновременно посмотреть на рентгенографические характеристики пациентов, у которых было обнаружено, что они страдают от посттравматической OD.

МЕТОДЫ

Поиск литературы

Обзор доступных публикаций был проведен с использованием поисковой системы EBSCO Host в сентябре 2015 г. Мы просмотрели MEDLINE, PSYINDEX, PsycINFO и PsycARTICLES. Мы выбрали следующие поисковые термины и применили их к рефератам публикаций: черепно-мозговая травма, ЧМТ, травма головы, посттравматическая, посттравматическая, обонятельная дисфункция, нарушение обоняния, аносмия, гипосмия или нарушение обоняния. Эти термины были объединены с использованием терминов логического алгоритма «И» и «ИЛИ» для получения соответствующих названий исследований отчетов и тезисов: (Травматическая черепно-мозговая травма ИЛИ ЧМТ ИЛИ травма головы ИЛИ посттравматическая ИЛИ посттравматическая) И (обонятельная дисфункция ИЛИ нарушение обоняния ИЛИ аносмия ИЛИ гипосмия ИЛИ нарушение обоняния).

Среди этих терминов мы не включили такие фразы, как «визуализация», поскольку мы ожидали, что в некоторых исследованиях не будет упоминаться использование методов визуализации в своих аннотациях, даже если они упоминают такие данные (что имело место в четырех исследованиях). Исследование было проведено с применением рекомендаций по предпочтительным элементам отчетности для систематических обзоров и мета-анализов для систематических исследований [].

Руководство PRISMA для систематических обзоров

Критерии исследования

Были использованы следующие фильтры: рефераты доступны, люди, английский язык, взрослые и академические журналы.Мы искали только статьи, опубликованные в период с 1991 по 2015 год (с намерением охватить эпоху МРТ).

Пример полного электронного поиска в MEDLINE, чтобы его можно было повторить. 1991–2015 (эпоха МРТ), взрослые (19+), доступные рефераты и академические журналы

  • Затем все выбранные журналы были проверены на соответствие нашим критериям включения (см. ниже).Если полный текст был недоступен, отдельные рефераты просматривались.

  • После применения критериев исключения мы выявили 89 исследований, которые затем были полностью изучены для включения в наш анализ. Критериями включения были: клинические когортные исследования, клинические испытания или отчеты о случаях, оценка травмы и использование специального доказательного обонятельного теста, а также отчет об использовании используемых методов визуализации. Кроме того, исследования, в которых не было связанного полного текста, должны были раскрывать достаточно информации в своих рефератах для выполнения наших критериев.Было просмотрено 45 доступных полных текстов и один реферат. В итоге были отобраны десять исследований (одно из которых было рефератом) [].

    Таблица 1

    Для оценки риска систематической ошибки в каждом отдельном исследовании мы ограничили наш обзор исследованиями с использованием достоверных обонятельных тестов, оценки травм и методов визуализации с соответствующими результатами. Для оценки риска систематической ошибки в исследованиях были выбраны только исследования, соответствующие всем нашим критериям включения. Поэтому мы попытались свести к минимуму риск использования неспецифических данных, которые не могут быть классифицированы в удовлетворительной степени, т.е.g., исследования, в которых упоминается только то, что пациент перенес ЧМТ, но не указывается соответствующая оценка по ШКГ.

    РЕЗУЛЬТАТЫ

    Сорок пять из 66 статей были доступны в виде полных текстов через систему доступа к библиотеке Гарвардского университета Countway. В остальных исследованиях рассматривались только тезисы. В конце концов, десять статей соответствовали нашим критериям отбора, и из них девять были полнотекстовыми статьями, представленными в файлах . Из 56 отклоненных исследований 33 не соответствовали более чем одному критерию.В 43 из 66 исследований не проводилось различий между различными типами ЧМТ. В 20 из 66 исследований не сообщалось о каких-либо данных визуализации. В трех из 66 исследований не сообщалось о мЧМТ (3 исследования), а в пяти исследованиях вообще не проводилась оценка травмы. Резюме этих выводов представлено в .

    Перспектива травмы

    В рамках выявленных десяти исследований в общей сложности 350 пациентов были описаны как перенесшие мЧМТ. Для целей классификации использовались все три показателя ЧМТ, а именно GCS,[13,16,17,39] PTA,[13,16,17,39,43], а также LOC[12,16,17,39].Исследования Shiga[38] и Swann[43] не содержали подробностей в описании выборки. Тем не менее, они сделали это в разделе результатов, рассматривая влияние тяжести травмы на обонятельные нарушения.

    В двух исследованиях сообщалось о связи между OD и PTA. [17,43] В одной публикации сделан вывод о том, что в условиях отсутствия PTA и КТ-аномалий у пациентов группы mTBI не было значительно более низких баллов по тесту запаха Альберты ( АСТ), чем лица, принадлежащие к контрольной группе.[17] В другом исследовании сообщалось, что пациенты с ПТА более 5 минут имели значительно более высокие шансы на последующую передозировку, чем пациенты с ПТА менее 5 минут (ОШ: 9,6) [43]. В последнем исследовании PTA коррелировал с результатами AST.

    Неврологическая точка зрения в отношении использованных обонятельных тестов

    Затем были подробно рассмотрены выявленные исследования, и мы обнаружили, что в общей сложности использовались восемь различных обонятельных тестов. В трех исследованиях [13, 14, 47] использовали шкалу UPSIT, еще в трех — AST [23, 24, 25], тогда как тест на память на запах (OMT), тест на запах в кармане (PST), SST и тест на краткую идентификацию запаха ( BSIT) использовались только один раз.Только в одном исследовании способность обоняния оценивалась качественно: испытуемым заставляли чувствовать разные запахи и оценивали их качество. Во всех исследованиях, кроме двух [19,43], сообщалось о значительной связи между тяжестью травмы и обонянием. Двумерные ассоциации были следующими: в одной статье был рассчитан коэффициент корреляции Пирсона для связи между ТЧА и ПТА ( r = -0,23) и ШКГ ( r = 0,29), а также результаты КТ (КТ-ШКГ: r ). = −0.56; КТ-ФТА: r = 0,43; КТ – тест на запах: r = 0,31).[17] Отношение шансов (ОШ) использовалось один раз для сравнения значений ПТА у пациентов с OD (9,6 для группы с ПТА > 5 мин по сравнению с <5 мин) [43]. Критерий хи-квадрат использовался в двух исследованиях [38,43], сравнивающих пациентов с передозировкой со здоровыми субъектами в отношении наличия переломов черепа[43] или объема акушерства[38] (и сообщалось, что оба показателя значимы). Только в одном исследовании была обнаружена незначительная разница между ОФ у пациентов с ЧМТ и лиц в контрольной группе.[17]

    Рентгенографический анализ

    В восьми из десяти выявленных исследований сообщалось об использовании МРТ для визуализации, в шести исследованиях дополнительно использовалась компьютерная томография, а в одном исследовании использовалась однофотонная эмиссионная компьютерная томография (ОФЭКТ) в сочетании с МРТ. Сообщаемые аномалии включали кровоизлияния [11, 23, 34, 35], гематому [23, 35], SAH [23] и SDH [23], а также ушибы [11, 34]. В нескольких исследованиях сообщалось о расположении наблюдаемых аномалий и описанных поражений. в лобной,[8,23,32,33,34] височной,[8,23] затылочной,[8] или теменной[8] областях или в нескольких местах.[8,10,23,34] Два исследования коррелировали объем акушерства с тяжестью травмы и сравнивали показатели со здоровыми субъектами. В обоих исследованиях соответствующие авторы обнаружили отрицательную связь между тяжестью ЧМТ и объемом ОЖ и ОТ ( P < 0,05; P < 0,011 для мужчин с черепно-мозговой травмой), из чего следует, что более тяжелая травма коррелирует с меньшей структурной травмой. объем связанного обонятельного пути, вероятно, отражающий посттравматическую атрофию или инволюцию [11,28]. Пять исследований пытались найти связь между рентгенологическими поражениями (с точки зрения их протяженности, а также локализации) и OD.В одном исследовании сообщалось о связи OD с лобными поражениями ( P <0,05 для связи между лобными поражениями и оценкой UPSIT), [33] это было продемонстрировано для затылочных поражений [8] (критерий хи-квадрат для тренда; P < 0,01), а два исследования показали отрицательную корреляцию с объемом акушерства ( t – тест: P = 0,0005; P < 0,001 для мужчин с черепно-мозговой травмой). [11,28]

    Три исследования обнаружили связь между наблюдением посттравматического рентгенографического внутричерепного кровоизлияния [23,35] (с первым сообщением только о качественной связи) или переломами основания черепа [35] и историей ЧМТ; хотя исследование Haxel et al .не сообщали о фактических значениях в своих рефератах.[19] В трех исследованиях изучалась либо распространенность посттравматических повреждений/переломов у пациентов с ЧМТ [8,31], либо их тяжесть [35]. Самая высокая распространенность рентгенологических поражений была зарегистрирована для лобной локализации (69%). В одном исследовании была обнаружена связь между объективной способностью людей воспринимать обоняние (что отражено в измеренных баллах UPSIT) и механизмом травмы (различение затылочных и височно-теменных ударов по голове, но не при наличии перелома).[28] Их наблюдение согласуется с исследованием переломов черепа.

    Последующие наблюдения

    Шесть исследований [12,13,14,19,39,47] содержали информацию о периоде времени между травмой и обонятельной оценкой. Эти интервалы варьировались от 14 дней[13] до 13 лет[12]. В двух исследованиях применялось объективное тестирование с использованием UPSIT или BSIT более одного раза. [12,39] В первом из двух исследований пациент оценивался через три месяца после травмы и еще раз через 12 месяцев.При трехмесячной оценке авторы обнаружили достоверные различия в баллах в зависимости от тяжести ЧМТ, тогда как при 12-месячной оценке достоверных различий между группами ЧМТ выявлено не было. В другом исследовании сообщалось об интервалах между повторными тестами от шести месяцев до 13 лет. В последнем исследовании показатели UPSIT существенно не различались в разные промежутки времени после травмы. В одном отчете о случае, аналогичном представленному выше, также не сообщалось об улучшении OF (UPSIT) через 18 месяцев после ЧМТ на фоне аномальных результатов МРТ.[47]

    ОБСУЖДЕНИЕ

    Посттравматическая аносмия или обонятельная дисфункция является распространенной, но удивительно недооцененной[37] проблемой у пациентов с мЧМТ. Это заболевание, которое кажется в значительной степени вне поля зрения многих медицинских работников, которые изначально занимаются оценкой жертв ЧМТ. При длительном наблюдении он часто оставляет как поставщика медицинских услуг, так и пациента в пустоте знаний о естественном течении и прогнозе этого состояния.Однако влияние этого неврологического дефицита является глубоким и серьезно влияет на качество жизни (КЖ) пострадавших пациентов.

    Чтобы получить четкое представление о текущем состоянии области, мы провели обзор соответствующей литературы, в которой этот вопрос рассматривается с трех разных точек зрения; перспектива травмы, неврологическая точка зрения и рентгенографический анализ популяции пациентов. Этот обзор показал, что нет доступных проспективных исследований и что единственные установленные доказательства получены из ретроспективных когортных исследований, в которых сообщается довольно разнородная информация об аносмии или передозировке в целом у пациентов с ЧМТ.Одним из объяснений отсутствия лучшего научного понимания и отсутствия более конкретных доказательств связи между mTBI и OD является тот факт, что многие травматологические центры не оценивают эту проблему систематически или с помощью каких-либо количественных тестов и длительного наблюдения. Кроме того, они не используют установленные шкалы (например, LOC, PTA и GCS) для дифференциации различных типов ЧМТ. С нейрохирургической точки зрения это создает проблему обоснованности прогнозирования исхода, а также выбора и рекомендации любых возможных реабилитационных вмешательств, поскольку существуют значительные различия между различными типами ЧМТ и их прогнозом.Поэтому мы хотим подчеркнуть, что инструменты правильной классификации пациентов необходимо использовать строго и последовательно, а также их необходимо тщательно повторять во время длительного наблюдения.

    Связь между травмой и обонятельной дисфункцией

    Возможной причиной отсутствия дифференциации травматического аспекта таких исследований может быть тот факт, что большинство извлеченных исследований были опубликованы не нейрохирургами, а поставщиками постфактумной помощи, такими как оториноларингологов и нейропсихологов.Тем не менее, для нескольких исследований OD, которые действительно содержали информацию о тяжести нейрохирургической травмы (что позволило идентифицировать mTBI), можно было наблюдать связь OD с различными типами рентгенологических поражений. Кроме того, можно было продемонстрировать достоверную разницу посттравматического уровня ОФ в зависимости от тяжести травмы. Это показало, что даже у пациентов с мЧМТ такая травма может привести к структурным нарушениям и рентгенологически отчетливым «патологиям», коррелирующим с ОЗ.

    Это противоречит некоторым выводам, сделанным в обзоре, опубликованном ранее в этом году.[37] В обзоре, в котором рассматривалась связь OD и ЧМТ в целом, сделан вывод, что у пациентов с mTBI статус обоняния существенно не отличался между пациентами с TBI и лицами из соответствующих контрольных групп. С нашей точки зрения, этот вывод об отсутствии корреляции между ними может иметь статистическую причину. Открытие можно, например, объяснить тем фактом, что определенный процент здоровых людей (иногда утверждается, что он достигает 15% [29, 45]) страдает от гипосмии, которая вносит значительную статистическую погрешность при сравнении «здорового человека». от контрольной группы до когорты людей с ограниченными возможностями.Нарушение обоняния также может быть связано с другими внешними факторами, такими как курение или определенные сопутствующие заболевания.[45] Наконец, возраст также может быть ковариантой, которую необходимо контролировать.[14]

    Методы визуализации

    Schofield и коллеги отмечают в своем обзоре, что аносмия у пациентов с ЧМТ часто связана с более тяжелыми рентгенологическими патологиями (такими как кровоизлияния и ушибы). Они также упомянули, что диагноз аносмии можно предположить и по определенным поведенческим изменениям.Это поднимает вопрос о том, что медицинские работники должны разработать высокий индекс подозрительности, который может быть основан на анамнезе и механизме травмы, и подчеркивает, насколько важно оценивать OD на ранних стадиях. [37] Как следствие, специализированная МРТ-визуализация, которая необходима для оценки пациентов, страдающих от передозировки после ЧМТ, может помочь в разработке исследований для изучения раннего вмешательства и восстановления обоняния. В конечном итоге это может помочь в уменьшении последующего ухудшения и дисфункции.Подобно нашим наблюдениям, Schofield и соавт. [37] также пришли к выводу, что реабилитационным и диагностическим услугам, предоставляемым пациентам, страдающим от ЧМТ, не хватает тщательности, и, следовательно, многие пациенты с передозировкой остаются недиагностированными в течение длительного времени. Современные рекомендации по лечению нейрохирургической травмы несколько затрудняют идентификацию ОД при лобно-базальной травме, когда речь идет только о пациентах с мЧМТ. Во-первых, одна из причин может быть связана с тем фактом, что последние рекомендации по нейрохирургии ЧМТ (напр.g., руководства, опубликованные Центрами по контролю и профилактике заболеваний и Американским колледжем врачей скорой помощи в 2008 г.) больше не требуют и не рекомендуют КТ или МРТ для пациентов с ЧМТ в остальном в хорошем состоянии, т. е. без LOC или PTA и без каких-либо дополнительные симптомы, такие как головная боль, тошнота или балл по шкале ШКГ менее 15, когда пациенты проходят обследование в больнице.[24] Из-за этого алгоритма и отсутствия стандартизированной оценки первого черепного нерва часто упускается лежащий в основе OD, а также его анатомический коррелят.Можно возразить, что существуют более чувствительные[42] алгоритмы, например, основанные на канадском правиле CT Head (CHCR) или новоорлеанских критериях (NOC), и, следовательно, нет необходимости думать об изменении руководящих принципов для mTBI. Тем не менее, большинство руководств не рекомендуют МРТ вместо бесконтрастной КТ [24], даже несмотря на то, что первая лучше выявляет поражения, связанные с обонятельными путями. Кроме того, NOC, аналогичные CHCR, относятся только к КТ-изображениям у пациентов с хорошим функциональным статусом, у которых обоняние не оценивалось.Кроме того, финансовые ограничения ограничивают использование дорогостоящих технологий визуализации в большинстве учреждений, особенно когда потенциальные результаты не могут быть немедленно переведены на существенные изменения в текущих протоколах лечения ЧМТ, поскольку терапевтическая польза, связанная с такими вмешательствами, в настоящее время изучается.

    Во-вторых, большинство современных руководств по травмам не рекомендуют использовать стероиды у пациентов с травмой головного мозга, даже несмотря на то, что назначение стероидов было одним из немногих вмешательств у пациентов с передозировкой, которое, как было показано, оказывает положительное влияние на регенерацию OF.Помимо этого, в литературе есть данные, свидетельствующие о том, что механизмы тренировки обоняния с различными тестами на различение запахов, вероятно, также помогут в реабилитации пациентов с передозировкой.

    Аспекты реабилитации

    Один из насущных вопросов, который необходимо здесь поднять, заключается в том, должны ли бригады травматологов (травматологи или нейрохирурги) регулярно оценивать OF у пациентов после ЧМТ, обращающихся в клинику, и если да, то когда. Безусловно верно, что в случаях умеренной или тяжелой ЧМТ неотложная нейрохирургическая помощь имеет другие приоритеты, чем оценка ОВ пациентов в неотложных условиях, особенно если пациент находится в очень критическом состоянии.Тем не менее, для любого пациента с легкой черепно-мозговой травмой диагноз OD может иметь значение при планировании дальнейшего ухода и стратегий выживания, а также может привести к вмешательствам, которые могут привести к восстановлению некоторых функций посредством возможной реабилитации. С этой целью следует иметь в виду, что диагноз OD, хотя и принижается многими в этой области, оказывает серьезное влияние на качество жизни каждого пациента.

    Несколько исследований показали такое сильное влияние передозировки на КЖ. Например, из-за неспособности идентифицировать и различать запахи пациенты с аносмией подвержены значительно более высокому риску опасных событий, таких как утечки газа и пожары в целом.[31,36] OD также может создавать социальные ограничения из-за своего влияния на процедуры личной гигиены, а также может распространяться как проблемы на социальную жизнь человека в целом, а также влиять на его или ее пищевые привычки. [8,21] Для пациентов, страдающих аносмией, повышен риск употребления гнилой или испорченной пищи, что может привести к изменению пищевых привычек или снижению аппетита, что иногда приводит к значительной непреднамеренной потере веса.[8] ] Наконец, некоторые исследования показали, что аносмия также связана с психическими заболеваниями, такими как депрессия и ангедония [8, 9, 27, 40], и ясно продемонстрировали, что существует положительная связь между нарушением обоняния и депрессивными и/или тревожными симптомами. улучшается, если OF восстанавливается.[8,27] Остается одно предостережение: эти доказательства методологически трудно отделить от искажающих факторов в случае пациентов, перенесших ЧМТ, поскольку ЧМТ сама по себе связана с депрессией.[1,2] Таким образом, существует связь между депрессией и ЧМТ. может быть в некоторой степени объяснено существованием OD, являющейся, говоря статистически, возможной переменной-медиатором.

    Глядя на результаты, представленные здесь, мы должны помнить о некоторых методических напряжениях, которые требуют дальнейшего объяснения; из-за различных обонятельных тестов и классификаций ЧМТ, используемых в доступной литературе, несколько доступных исследований, посвященных этой теме, не могут быть легко сопоставлены.Наш обзор показал, что опубликованные в настоящее время данные не очень убедительны в установлении четкой и однозначной связи между mTBI и OD. Как мы указывали выше, некоторые исследования смогли продемонстрировать такую ​​корреляцию, но одно не смогло показать существенной разницы между группой пациентов с ЧМТ и контрольной группой.[17] В мы представляем колонку, обозначенную как «основные сообщения» этих исследований. Извлекая эти сообщения, мы ограничились результатами, которые несут важную информацию для нашего обзора.Таким образом, мы могли не включать другие релевантные сообщения из соответствующих исследований, и мы осознаем тот факт, что, если другая группа исследователей рассмотрит полученные нами исследования и наши критерии отбора, они могут прийти к другим выводам. набор основных сообщений.

    Ведение пациентов с ЧМТ, страдающих аносмией

    Наши результаты и представленная теоретическая база показали, что существует как связь между ЧМТ и рентгенографическими изображениями, так и возможная процедура лечения.Тем не менее, текущие рекомендации по лечению усложняют аргументацию, поскольку хорошо известно, что МРТ превосходит КТ при многих заболеваниях, и это было подтверждено у пациентов, страдающих от сотрясений мозга в целом. В этой популяции пациентов патологические изменения видны в 25% обследованных случаев, несмотря на то, что исходная КТ была нормальной [30]. Однако, если положения и рекомендации в области здравоохранения останутся такими, какими они были в настоящее время (т.е. нет визуализации в mTBI с GCS> 13), мы застряли; если у нас нет доступа к немедленным или ранним чувствительным изображениям, не будет алгоритма лечения, который можно было бы вывести из него, что оставит нас с высокой частотой пропуска OD в клинических условиях, где потеря функции не происходит. клинически протестированы в условиях острой ЧМТ, и не получено чувствительной визуализации, которая может свидетельствовать о структурных нарушениях. Крайне необходимо тщательно продумать механизм травмы, чтобы повысить уровень подозрения на такое связанное нарушение ОП.Важно поощрять медицинских работников в травматологических центрах регулярно оценивать функцию первого черепного нерва, как и других одиннадцати, всякий раз, когда пациент обращается в клинику с ЧМТ, потому что наличие OD от mTBI может привести к другому лечению. В нашем исследовании мы выявили отсутствие такой оценки во время первичной травмы в большинстве случаев, что также имело место у двух пациентов из нашего учреждения, как показано ранее в истории болезни № 1. Только когда через несколько месяцев пациент обратился в нашу клинику для последующего наблюдения, мы смогли установить диагноз аносмии, который был пропущен ранее.Это открытие лучше всего объясняется механизмом ее сильной ударной травмы головы с переломом основания черепа и травмой замедления, приведшей к срезанию обонятельных нитей, которые на данный момент (пять лет спустя), скорее всего, не регенерируют.

    Возможный алгоритм лечения: Резюме найденных доказательств

    Основываясь на теоретических предпосылках, представленных выше, и результатах нашего обзора, мы бы предложили алгоритм лечения [] для всех пациентов, которые обращаются в больницу после перенесенной ЧМТ, особенно если оценка не является экстренной.Во-первых, мы рекомендуем, чтобы при каждом первоначальном неврологическом осмотре также тщательно исследовалась ОВ (например, с использованием SST, которая проста и имеет высокую достоверность и надежность) [20]. Если обнаружено, что у пациента нарушено обоняние, показано МРТ для выявления любой основной патологии, которая может позволить включить соответствующего пациента в любое исследование для потенциально полезного дальнейшего лечения. Помимо клинических испытаний, МРТ в сочетании с ОФЭКТ обладает высокой специфичностью и чувствительностью для выявления ОЗ.[3] Если визуализирующая диагностика не показывает признаков поражения нервной системы, мы предлагаем провести повторное обследование пациента и, в случае положительного результата, направить его в специальную клинику для дальнейшей диагностики. Если МРТ положительна, необходимо задать другие вопросы; показано ли нейрохирургическое вмешательство и запрещают ли рекомендации по травмам использование стероидов? В общем, если МРТ-изображение показывает признаки основного неврологического нарушения, для количественной оценки OD следует использовать обонятельный тест, такой как SST или UPSIT.Другой вопрос необходимо поднять, если показано нейрохирургическое вмешательство. После выявления посттравматической передозировки следует начать специфическое лечение, которое, возможно, может даже включать стероиды, такие как преднизолон, который обычно не рассматривается при ЧМТ, но который, как было показано, оказывает значительное влияние на скорость восстановления ОП и может свести к минимуму любое дальнейшее снижение. OD и облегчить регенерацию. Поскольку рекомендации по лечению травм не запрещают категорически использование стероидов, в таких обстоятельствах можно назначать такие препараты, как 30–60 мг преднизолона.После лечения можно провести повторную визуализацию с помощью МРТ через три и 12 месяцев, чтобы проанализировать посттравматическую эволюцию пораженных участков и изучить, проявляются ли какие-либо признаки структурной регенерации в какой-либо из областей, связанных с обонянием.

    Алгоритм лечения пациентов, обратившихся в клинику с ЧМТ. В зависимости от диагноза мЧМТ в сочетании с обонятельной дисфункцией мы предлагаем описанную схему, которой следует придерживаться для соответствующего ведения пациента.Сокращения: mTBI: легкая черепно-мозговая травма, GCS: шкала комы Глазго, LOC: потеря сознания, SST: тест на царапание и обнюхивание, UPSIT; Тест идентификации запаха Университета Пенсильвании

    Наряду с этой довольно простой схемой бригада травматологов или нейрохирург может направить пациента в специализированную клинику OD, чтобы лучше оценить таких пациентов с помощью таких тестов, как SST. Если это приведет к восстановлению ОФ после травмы, качество жизни пациентов, вероятно, улучшится или сохранится.Поэтому для будущих исследований мы рекомендуем провести проспективное исследование, чтобы выяснить, демонстрируют ли пациенты с посттравматическим передозировкой от mTBI лучшее функциональное восстановление и лучшие показатели качества жизни, чем пациенты, которые не получают специфических вмешательств, связанных с OF.

    Финансовая поддержка и спонсорство

    Нет.

    Конфликт интересов

    Конфликт интересов отсутствует.

    ССЫЛКИ

    1. Альдерфер Б.С., Арчиньегас Д.Б., Сильвер Дж.М. Лечение депрессии после черепно-мозговой травмы.J Реабилитация травм головы. 2005; 20: 544–62. [PubMed] [Google Scholar]2. Ансти К.Дж., Баттерворт П., Йорм А.Ф., Кристенсен Х., Роджерс Б., Виндзор Т.Д. Опрос населения выявил связь между самоотчетами о черепно-мозговой травме и усилением психических симптомов. Дж. Клин Эпидемиол. 2004;57:1202–9. [PubMed] [Google Scholar]3. Атигечи С., Салари Х., Барадарантар М.Х., Джафари Р., Карими Г., Мирджали М. Сравнительное исследование однофотонной эмиссионной компьютерной томографии и магнитно-резонансной томографии перфузии головного мозга у пациентов с посттравматической аносмией.Am J Rhinol Аллергия. 2009; 23: 409–12. [PubMed] [Google Scholar]4. Атигечи С., Золфагари А., Барадаранфар М., Дадгарния М. Оценка чувствительности и специфичности магнитно-резонансной томографии головного мозга и однофотонной эмиссионной компьютерной томографии в диагностике обонятельной дисфункции после травм головы. Am J Rhinol Аллергия. 2013;27:403–6. [PubMed] [Google Scholar]5. Бирнбаум М. Нью-Йорк: Харпер Коллинз; 2011. Сезон по вкусу. [Google Академия]6. Бушхутер Д., Смитка М., Пушманн С., Гербер Дж. К., Витт М., Аболмаали Н. Д. и соавт.Корреляция между объемом обонятельной луковицы и обонятельной функцией. НейроИзображение. 2008; 42: 498–502. [PubMed] [Google Scholar]7. Костанцо РМ. Нервная регенерация и функциональное восстановление после перерезки обонятельного нерва у хомяка. Мозг Res. 1985; 361: 258–66. [PubMed] [Google Scholar]8. Croy I, Nordin S, Hummel T. Обонятельные расстройства и качество жизни – обновленный обзор. Химические чувства. 2014;39:185–94. [PubMed] [Google Scholar]9. Димс Д.А., Доти Р.Л., Сеттл Р.Г., Мур-Гиллон В., Шаман П., Местер А.Ф. и др.Нарушения обоняния и вкуса, исследование 750 пациентов из Центра обоняния и вкуса Пенсильванского университета. Arch Otolaryngol Head Neck Surg. 1991; 117: 519–28. [PubMed] [Google Scholar] 10. Доти РЛ. Кабинетные методики количественной оценки обонятельной функции. Ам Джей Ринол. 2007; 21: 460–73. [PubMed] [Google Scholar] 11. Доти Р.Л., Фрай Р.Е., Агравал У. Надежность внутренней согласованности фракционированного и цельного теста идентификации запаха Пенсильванского университета. Перцепт Психофиз. 1989; 45: 381–4.[PubMed] [Google Scholar] 12. Доти Р.Л., Юсем Д.М., Фам Л.Т., Крешак А.А., Гекл Р., Ли В.В. Нарушения обоняния у пострадавших с черепно-мозговой травмой. Арх Нейрол. 1997; 54:1131–40. [PubMed] [Google Scholar] 13. Драммонд М., Дуглас Дж., Олвер Дж. «Если у меня нет запаха… я без работы»: последствия нарушения обоняния после черепно-мозговой травмы. Инъекция мозга. 2013;27:332–45. [PubMed] [Google Scholar] 14. Фортин А., Лефевр М.Б., Птито М. Черепно-мозговая травма и дефицит обоняния: рассказ о двух тестах на запах! Инъекция мозга.2010; 24:27–33. [PubMed] [Google Scholar] 15. Fujii M, Fukazawa K, Takayasu S, Sakagami M. Обонятельная дисфункция у пациентов с черепно-мозговой травмой. Аурис, Насус, Гортань. 2002; 29:35–40. [PubMed] [Google Scholar] 16. Грин П., Айверсон Г.Л. Влияние тяжести травмы и когнитивного преувеличения на обонятельный дефицит в требованиях о компенсации травмы головы. Нейрореабилитация. 2001; 16: 237–43. [PubMed] [Google Scholar] 17. Грин П., Ролинг М.Л., Айверсон Г.Л., Жерве Р.О. Взаимосвязь между обонятельной дискриминацией и тяжестью черепно-мозговой травмы.Инъекция мозга. 2003; 17: 479–96. [PubMed] [Google Scholar] 18. Хенер А., Родевальд А., Гербер Дж. К., Хаммель Т. Корреляция обонятельной функции с изменениями объема обонятельной луковицы человека. Arch Otolaryngol Head Neck Surg. 2008; 134: 621–4. [PubMed] [Google Scholar] 19. Хаксель Б.Р., Грант Л., Маккей-Сим А. Обонятельная дисфункция после травмы головы. J Реабилитация травм головы. 2008; 23: 407–13. [PubMed] [Google Scholar] 20. Хаммель Т., Кобал Г., Гудзиол Х., Маккей-Сим А. Нормативные данные для «Нюхательных палочек», включая тесты на идентификацию запаха, распознавание запаха и обонятельные пороги: обновление на основе группы из более чем 3000 человек.Eur Arch Оториноларингол. 2007; 264: 237–43. [PubMed] [Google Scholar] 21. Hummel T, Nordin S. Обонятельные расстройства и их последствия для качества жизни. Акта Отоларингол. 2005; 125:116–21. [PubMed] [Google Scholar] 22. Хаммель Т., Риссом К., Реден Дж., Ханер А., Вайденбехер М., Хюттенбринк К.Б. Эффекты обонятельной тренировки у пациентов с обонятельной потерей. Ларингоскоп. 2009; 119: 496–9. [PubMed] [Google Scholar] 23. Икеда К., Сакурада Т., Такасака Т., Окицу Т., Йошида С. Аносмия после травмы головы: предварительное исследование лечения стероидами.Тохоку J Exp Med. 1995; 177: 343–51. [PubMed] [Google Scholar] 24. Ягода А.С., Базарян Дж.Дж., Брунс Дж.Дж., младший, Кантрилл С.В., Гин А.Д., Ховард П.К. и др. Клиническая тактика: Нейровизуализация и принятие решений при легкой черепно-мозговой травме у взрослых в острых условиях. Энн Эмерг Мед. 2008; 52: 714–48. [PubMed] [Google Scholar] 25. Цзян Р.С., Чай Дж.В., Чен В.Х., Фух В.Б., Чан К.М., Чен К.С. Объем обонятельной луковицы у тайваньских пациентов с посттравматической аносмией. Am J Rhinol Аллергия. 2009; 23: 582–4. [PubMed] [Google Scholar] 26.Jiang RS, Wu SH, Liang KL, Shiao JY, Hsin CH, Su MC. Стероидная терапия посттравматической аносмии. Eur Arch Оториноларингология. 2010; 267:1563–7. [PubMed] [Google Scholar] 27. Катотомичелакис М., Симопулос Э., Трипсианис Г., Прокопакис Э., Даниэлидес Г., Велегракис С. Г. и соавт. Улучшение обонятельной функции для восстановления качества жизни. Ларингоскоп. 2013;123:E10–6. [PubMed] [Google Scholar] 28. Керн Р.С., Куинн Б., Россо Г., Фарбман А.И. Посттравматическая обонятельная дисфункция. Ларингоскоп. 2000; 110:21–9.[PubMed] [Google Scholar] 29. Константинидис И., Цакиропулу Э., Бекиариду П., Казанциду С., Константинидис Дж. Использование обонятельной тренировки при посттравматической и постинфекционной обонятельной дисфункции. Ларингоскоп. 2013;123:E85–90. [PubMed] [Google Scholar] 30. Levin HS, Williams DH, Eisenberg HM, High WM, Jr, Guinto FC., Jr Серийные МРТ и нейроповеденческие данные после закрытой черепно-мозговой травмы легкой и средней степени тяжести. J Neurol Нейрохирург Психиатрия. 1992; 55: 255–62. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]31.Mueller CA, Hummel T. Восстановление обонятельной функции после девяти лет посттравматической аносмии: история болезни. J Med Case Rep. 2009; 3:9283. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]32. Nguyen AD, Pelavin PE, Shenton ME, Chilakamarri P, McCarley RW, Nestor PG, et al. Глубина обонятельной борозды и объем обонятельной луковицы у пациентов с шизофренией: исследование МРТ. Поведение визуализации мозга. 2011;5:252–61. [PubMed] [Google Scholar] 33. Rombaux P, Bertrand B, Keller T, Mouraux A. Клиническое значение потенциалов, связанных с обонятельными событиями, связанных с ортоназальным и ретроназальным обонятельным тестированием.Ларингоскоп. 2007; 117:1096–101. [PubMed] [Google Scholar] 34. Rombaux P, Duprez T, Hummel T. Объем обонятельной луковицы в клинической оценке обонятельной дисфункции. Ринология. 2009; 47:3–9. [PubMed] [Google Scholar] 35. Royet JP, Croisile B, Williamson-Vasta R, Hibert O, Serclerat D, Guerin J. Оценка различных обонятельных суждений при болезни Альцгеймера. Химические чувства. 2001; 26: 409–17. [PubMed] [Google Scholar] 36. Сантос Д.В., Рейтер Э.Р., ДиНардо Л.Дж., Костанцо Р.М. Опасные явления, связанные с нарушением обонятельной функции.Arch Otolaryngol Head Neck Surg. 2004; 130:317–9. [PubMed] [Google Scholar] 38. Шига Х., Таки Дж., Васияма К., Ямамото Дж., Кинасе С., Окуда К. и др. Оценка состояния обонятельного нерва по снимку ОФЭКТ-МРТ с назальным введением таллия-201 у пациентов с нарушениями обоняния в сравнении со здоровыми добровольцами. Плос Один. 2013;8:e57671. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]39. Сигурдардоттир С., Йерстад Т., Анделич Н., Роу К., Шанке А.К. Нарушение обоняния, выполнение игровых задач и внутричерепные поражения после черепно-мозговой травмы.Нейропсихология. 2010; 24: 504–13. [PubMed] [Google Scholar]40. Симопулос Э., Катотомичелакис М., Гуверис Х., Трипсианис Г., Ливадитис М., Даниэлидес В. Качество жизни, связанное с обонянием, при хроническом риносинусите: адаптация и проверка обонятельного опросника. Ларингоскоп. 2012; 122:1450–4. [PubMed] [Google Scholar]41. Персонал МЛВ. Пешеход, сбитый машиной, теряет обоняние, вкус. Еженедельник юристов Массачусетса. 2015 26 марта; 2015. [Google Академия]42. Стил И.Г., Клемент С.М., Роу Б.Х., Шулл М.Дж., Брисон Р., Касс Д. и др.Сравнение Канадского правила КТ головы и Новоорлеанских критериев у пациентов с легкой травмой головы. ДЖАМА. 2005; 294:1511–8. [PubMed] [Google Scholar]43. Суонн И.Дж., Бауза-Родригес Б., Карранс Р., Райли Дж., Шукла В. Значение посттравматической амнезии как фактора риска в развитии обонятельной дисфункции после травмы головы. Emerg Med J. 2006; 23:618–21. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]44. Турецкий Б.И., Моберг П.Дж., Юсем Д.М., Доти Р.Л., Арнольд С.Е., Гур Р.Е. Уменьшение объема обонятельной луковицы у больных шизофренией.Am J Психиатрия. 2000;157:828–30. [PubMed] [Google Scholar]45. Vennemann MM, Hummel T, Berger K. Связь между курением и ухудшением обоняния и вкуса у населения в целом. Дж Нейрол. 2008; 255:1121–6. [PubMed] [Google Scholar]47. Wise JB, Moonis G, Mirza N. Результаты магнитно-резонансной томографии в оценке травматической аносмии. Энн Отол Ринол Ларингол. 2006; 115: 124–7. [PubMed] [Google Scholar]48. Йи К.К., Костанцо Р.М. Восстановление обонятельного поведения после деафферентации обонятельных луковиц.Физиол Поведение. 1995; 58: 959–68. [PubMed] [Google Scholar]49. Юсем Д.М., Гекл Р.Дж., Билкер В.Б., Крогер Х., Доти Р.Л. Посттравматическая потеря обоняния: связь психофизических тестов и объемов обонятельных луковиц и трактов и височных долей. Академ Радиол. 1999; 6: 264–72. [PubMed] [Google Scholar]50. Юсем Д.М., Гекл Р.Дж., Билкер В.Б., МакКаун Д.А., Доти Р.Л. Посттравматическая обонятельная дисфункция: МРТ и клиническая оценка. AJNR Am J Нейрорадиол. 1996; 17:1171–9. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]

    Восстановление обонятельной функции после девяти лет посттравматической аносмии: клинический случай

    J Med Case Reports.2009 г.; 3: 9283.

    1 и 2

    Christian Mueller

    1

    0

    1 Отдел оториноларингологии, Медицинский университет Вена, Ваээртернгер 18-20, 1090 Wien, Австрия

    Thomas Hummel

    2 Клиника обоняния и вкуса, отделение оториноларингологии, медицинский факультет Дрезденского университета, Fetscherstr. 74, 01307 Дрезден, Германия

    1 Кафедра оториноларингологии Венского медицинского университета, Waehringer Guertel 18-20, 1090 Вена, Австрия

    2 Клиника обоняния и вкуса, Школа оториноларингологии, Медицинская кафедра оториноларингологии, Университет Дресшерден .74, 01307 Дрезден, Германия

    Автор, ответственный за переписку.

    Поступила в редакцию 23 июня 2008 г.; Принято 27 марта 2009 г.

    Copyright © 2009 лицензиат BioMed Central Ltd. Это статья с открытым доступом, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License (http://creativecommons.org/licenses/by/3.0), которая разрешает неограниченное использование. , распространение и воспроизведение на любом носителе при условии надлежащего цитирования оригинальной работы. Эта статья была процитирована другими статьями в PMC.

    Abstract

    Введение

    Потеря обоняния из-за травмы головы является распространенным состоянием.В зависимости от тяжести травмы головы аносмия может возникнуть у 30% пациентов. Сообщается, что период времени до выздоровления в большинстве случаев составляет пару месяцев. Однако восстановление после посттравматической обонятельной потери может произойти намного позже. Мы представляем редкий случай выздоровления от аносмии через девять лет после первоначальной травмы.

    Описание случая

    Мы сообщаем о случае 54-летнего мужчины европеоидной расы, который страдал полной аносмией в результате серьезной автомобильной аварии. Обонятельная функция, а также восприятие вкуса во время еды и питья также были полностью утрачены.Через девять лет у пациента появились первые обонятельные ощущения, при этом его обоняние постепенно улучшалось в течение трех лет. Подтверждено восстановление обонятельной функции с помощью психофизических и электрофизиологических методик.

    Заключение

    В большинстве случаев восстановление функции обоняния происходит относительно скоро после травмы головы и, по-видимому, редко происходит более чем через два года после инцидента. Тем не менее, пациенты должны быть проинформированы о том, что существует небольшая вероятность восстановления в течение длительного времени после травмы.

    Введение

    Приблизительно у 5-20% всех пациентов, обращающихся в специализированные центры с обонятельной дисфункцией, диагностируются посттравматические расстройства. Наряду с постинфекционной потерей обоняния и поражением носовых пазух травма головы является наиболее частой причиной нарушения обоняния [1,2]. В зависимости от тяжести черепно-мозговой травмы аносмия может возникать в 30% случаев [3].

    Уровень восстановления после посттравматической потери обоняния составляет примерно 10% [4,5].В большинстве случаев требуется несколько месяцев, прежде чем появятся первые обонятельные впечатления [6]. Однако восстановление после посттравматической потери обоняния было зарегистрировано через пять лет [6] и через семь лет [4] после потери обоняния.

    Полагают, что позднее выздоровление от аносмии вследствие травмы головы происходит из-за регенерации обонятельных нервных волокон и их повторного соединения с центральными нейронами обонятельной луковицы. Этот механизм был показан у хомяков после перерезки обонятельных нервов [7]. У людей повторное соединение в большинстве случаев можно предотвратить путем механической окклюзии решетчатой ​​пластинки фиброзной тканью.В этом отчете мы представляем редкий случай выздоровления от аносмии через девять лет. Восстановление обонятельной функции подтверждали с помощью психофизических и электрофизиологических методик.

    Описание случая

    Наш 54-летний пациент европеоидной расы попал в тяжелую автомобильную аварию в возрасте 38 лет. Он получил множественные переломы центральной части лица. Его правый глаз пришлось удалить и заменить протезом. Пациент перенес несколько операций и более двух недель находился в отделении интенсивной терапии, а затем несколько недель в больнице.Он заметил полную потерю обоняния, что подтвердилось в последующих судебных разбирательствах. Пациент сообщил, что он не чувствовал запаха дыма или газа, а также не мог обнаружить вкус в еде и напитках. В результате качество жизни пациентов значительно снизилось.

    Примерно через девять лет после аварии он сообщил о своем первом обонятельном впечатлении. Это был запах сена, который ощущался во время прогулки. Способность обоняния постоянно улучшалась в течение трех лет и с тех пор остается неизменной.Никакой специфической терапии, касающейся функции обоняния, пациенту не назначали. Сегодня у него нет проблем с обонянием, нормальное восприятие вкусов во время еды и питья.

    Компьютерная томография (рис. ) показала открытые обонятельные щели как после аварии, когда у пациента была аносмия, так и 10 лет спустя, когда к нему восстановились обонятельные способности. Эти изображения исключали наличие обструкций из-за заболевания носовых пазух как возможных причин дисфункции обоняния.

    Компьютерная томография до и после восстановления обонятельной функции .Оба скана (до [A, слева] и после [B, справа] выздоровления от посттравматической аносмии) показывают одни и те же анатомические структуры. Не было никаких признаков кондуктивной потери обоняния из-за обструкции обонятельной щели или синуназального заболевания.

    После полного обследования уха-горла-носа, включая назальную эндоскопию, через 16 лет после аварии была проверена обонятельная функция с использованием набора тестов «Sniffin’ Sticks» [8]. Этот тест прошел всестороннюю валидацию и состоит из трех подтестов: тест обонятельного порога, задача распознавания запаха и тест идентификации запаха.Пациент набрал 28,5 баллов, что соответствует нижней границе нормы [9].

    Для подтверждения отсутствия аносмии пациентке была проведена вызванная ольфактометрия [10] с использованием ольфактометра (Burghart Instruments, Wedel, Germany). После стимуляции селективными обонятельными стимулами (50% об./об. фенилэтанола) четко определялись потенциалы, связанные с событием (рис. ).

    Потенциал, связанный с обонятельным событием, в позиции регистрации Pz (см. закрашенный кружок на схематическом рисунке на вставке) в ответ на обонятельный стимулятор фенилэтиловый спирт (запах розы; 50% об./об.; межстимульный интервал 50 секунд; начало действия стимула продолжительностью 200 мс, отмечены пунктирной линией) .Два основных пика обонятельного потенциала, связанного с событием (N1 и P2), обозначены соответственно тонкой и толстой стрелками.

    Обсуждение

    История нашего пациента предполагает посттравматическую потерю обоняния, возможно, из-за срезания волокон обонятельного нерва, проходящих через решетчатую пластинку решетчатой ​​кости. Теоретически это также может быть связано с ушибом обонятельной луковицы и/или лобной доли [11].

    Гистологические исследования обонятельной слизистой оболочки пациентов с посттравматической аносмией продемонстрировали обширную регенерацию аксонов вблизи базальной мембраны.Кроме того, были обнаружены изменения эпителиальной архитектуры и потеря периферических ресничек [12].

    В большинстве случаев терапевтические возможности отсутствуют у пациентов с посттравматической аносмией, хотя системные кортикостероиды используются для уменьшения возможного отека центральных областей [2]. Пациенты, страдающие посттравматическими нарушениями обоняния, должны быть проинформированы о возможных опасных событиях в связи с их инвалидностью. К ним могут относиться несчастные случаи при приготовлении пищи, невозможность обнаружить дым или газ, а также употребление в пищу испорченных продуктов.Недавно опубликованное исследование показало, что пациенты с обонятельными расстройствами, по крайней мере, в два раза больше подвержены риску одного из этих потенциально опасных для жизни событий [13]. Как указывалось выше, в большинстве случаев восстановление функции обоняния после черепно-мозговой травмы происходит вскоре после аварии. Восстановление после более чем одного или двух лет, по-видимому, происходит относительно редко. Применительно к судебно-медицинским делам это означает, что по прошествии этого времени диагноз посттравматической аносмии можно считать определенным.Однако пациентов следует информировать о том, что определенная возможность выздоровления существует даже после длительного периода времени, хотя точный механизм до сих пор остается неясным.

    Согласие

    От пациента было получено письменное информированное согласие на публикацию данного отчета о болезни и любых сопутствующих изображений. Копия письменного согласия доступна для ознакомления главному редактору этого журнала.

    Конкурирующие интересы

    Авторы заявляют об отсутствии конкурирующих интересов.

    Вклад авторов

    САМ обследовал пациента, провел тесты на запах и составил рукопись. TH подготовил рисунки после анализа и интерпретации данных, полученных с помощью вызванной ольфактометрии, и отредактировал рукопись. Оба автора прочитали и одобрили окончательный вариант рукописи.

    Ссылки

    • Temmel AF, Quint C, Schickinger-Fischer B, Klimek L, Stoller E, Hummel T. Характеристики обонятельных расстройств в связи с основными причинами обонятельной потери.Arch Otolaryngol Head Neck Surg. 2002; 128: 635–641. [PubMed] [Google Scholar]
    • Damm M, Temmel A, Welge-Lüssen A, Eckel HE, Kreft MP, Klussmann JP, Gudziol H, Hüttenbrink KB, Hummel T. Riechstörungen. Эпидемиология и терапия в Германии, Австрии и Швейцарии. ХНО. 2004; 52:112–120. doi: 10.1007/s00106-003-0877-z. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
    • Костанцо Р.М., Заслер Н.Д. В: Запах и вкус в здоровье и болезнях. Getchell TVDoty RL, Bartoshuk LMSnow JB, редактор.Рейвен Пресс; 1991. стр. 711–730. [Google Scholar]
    • Zusho H. Посттравматическая аносмия. Арка Отоларингол. 1982; 108: 90–92. [PubMed] [Google Scholar]
    • Reden J, Mueller A, Mueller C, Konstantinidis I, Frasnelli J, Landis BN, Hummel T. Восстановление обонятельной функции после закрытой травмы головы или инфекций верхних дыхательных путей. Arch Otolaryngol Head Neck Surg. 2006; 132: 265–269. doi: 10.1001/архотол.132.3.265. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
    • Самнер Д.Посттравматическая аносмия. Мозг. 1964; 87: 107–129. doi: 10.1093/мозг/87.1.107. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
    • Костанцо РМ. Нервная регенерация и функциональное восстановление после перерезки обонятельного нерва у хомяка. Мозг Res. 1985; 361: 256–266. doi: 10.1016/0006-8993(85)

      -1. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

    • Hummel T, Sekinger B, Wolf SR, Pauli E, Kobal G. «Нюхательные палочки»: обонятельные характеристики, оцениваемые с помощью комбинированного тестирования идентификации запаха, распознавания запаха и обонятельного порога.Химические чувства. 1997; 22:39–52. doi: 10.1093/chemse/22.1.39. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
    • Hummel T, Kobal G, Gudziol H, Mackay-Sim A. Нормативные данные для «Sniffin’ Sticks», включая тесты на идентификацию запаха, распознавание запаха и обонятельные пороги: обновление на основе группы из более чем 3000 субъектов. Eur Arch Оториноларингол. 2007; 264: 237–243. doi: 10.1007/s00405-006-0173-0. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
    • Кобал Г., Хаммель Т. В: Запах и вкус в здоровье и болезнях.Getchell TVDoty RL, Bartoshuk LMSnow JB, редактор. Рейвен Пресс; 1991. С. 255–275. [Google Scholar]
    • Delank KW, Fechner G. Zur Pathophysiologie der posttraumatischen Riechstörung. Ларингориноотология. 1996; 75: 154–159. doi: 10.1055/s-2007-997554. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
    • Яфек Б.В., Эллер П.М., Эссес Б.А., Моран Д.Т. Посттравматическая аносмия. Ультраструктурные корреляты. Арх Нейрол. 1989; 46: 300–304. [PubMed] [Google Scholar]
    • Сантос Д.В., Рейтер Э.Р., ДиНардо Л.Дж., Костанцо Р.М.Опасные явления, связанные с нарушением обонятельной функции. Arch Otolaryngol Head Neck Surg. 2004; 130:317–319. doi: 10.1001/архотол.130.3.317. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

    По-видимому, незначительная травма головы может привести к аносмии: отчет о болезни – полный текст – ORL 2021, Vol. 83, No. 1

    Мы сообщаем о случае 49-летней пациентки, которая страдала аносмией после явно легкой травмы головы, когда врезалась в дверь своего дома. Никаких других сопутствующих симптомов после травмы в тот день она не сообщила.Обонятельная функция была полностью утрачена, что отмечалось на следующий день после травмы. Вкусовая функция оставалась нормальной. Магнитно-резонансная томография показала повреждения/кровоизлияния в правой лобной доле и в области обонятельной борозды/луковицы. Настоящий случай указывает на то, что в случае явно легкой травмы головы с аносмией следует выполнить МРТ головы из-за подозрения на повреждение головного мозга. Этот случай также указывает на более глубокий вопрос, как оценить тяжесть черепно-мозговой травмы.

    © 2020 С.Karger AG, Basel

    Введение

    Нарушение обоняния может быть вызвано различными факторами; например, травма головы (ГТ), инфекция верхних дыхательных путей или хронический риносинусит [1]. Хаксель и др. [2] оценили общую распространенность обонятельной дисфункции после ГТ в 13%. Если ГТ классифицировать по степени тяжести, то в рассмотренных клинических исследованиях зарегистрированные случаи обонятельной дисфункции при «легкой» ГТ составили 20% [3], 23% [4] и 26% [5]; при «умеренной» ГТ: 37% [3] и 68% [6]; при «средней и тяжелой» ГТ: 49% [4] и 56% [7]; при тяжелой АГ: 33% [3] и 61% [6].У этих пациентов часто возникают проблемы с вниманием, памятью или решением задач, у них наблюдаются изменения в поведении и иммунной системе [8], что серьезно влияет на их личную и профессиональную жизнь. Здесь мы сообщаем о случае 49-летней пациентки с явно легкой травмой головы, проявляющейся потерей обоняния и фантомным запахом.

    Описание случая

    Около 4 месяцев назад у 49-летней здоровой женщины был легкий удар лбом о дверь дома.Никаких других сопутствующих симптомов после травмы в тот день она не сообщила. Однако на следующий день у нее уже не было обоняния, и еда казалась пресной. Она по-прежнему ощущала сладкий, кислый, соленый и горький вкус, ощущала текстуру пищи, остроту и ее температуру. Кроме того, она воспринимала некоторые носовые ощущения тройничного нерва как холодный воздух, прохладу мяты.

    Через неделю после инцидента она сообщила, что время от времени у нее возникают смутные обонятельные ощущения. Она проявляла ежедневный и фантомный запах ладана.Паросмии пациентка не отмечала. Она не принимала регулярно лекарства, отрицала злоупотребление наркотиками/курение и сообщала, что время от времени употребляла алкогольные напитки. У нее не было в анамнезе предыдущих травм или воздействия окружающей среды или профессионального воздействия потенциально токсичных/вредных веществ, предположительно влияющих на обоняние. Через месяц после травмы головы ей сделали магнитно-резонансную томографию (МРТ) (рис. 1), которая показала локальный отек в правой лобной доле с ушибом и разрывом головного мозга. Ни МРТ, ни эндоскопия носа не выявили патологии носа.Ортоназальная обонятельная функция была проверена с помощью набора тестов «Sniffin’ Sticks» [9], ее индекс переходной одышки составил 6 (сумма баллов по шкалам «Порог» (1), «Дискриминация» (2), «Идентификация» (3). Пациентка распознала 4/). 5 вкусовых спреев [10], указывающих на нормогевзию. Наконец, пациенту был поставлен первоначальный диагноз посттравматической функциональной аносмии с фантосмией и нормогейзией.

    Рис. черные стрелки) и правая обонятельная луковица (белая стрелка).

    Через два месяца после инцидента пациентка вернулась для ознакомления со своим делом. Ее обонятельный тест не изменился. Назальное исследование тройничного нерва (тест на латерализацию: 17/20) [11] показало нормальную функцию. Результаты регистрации потенциалов, связанных с хемосенсорными событиями на ЭЭГ [12], показали отсутствие ответов на фенилэтанол и сероводород, что подтвердило наш первоначальный диагноз функциональной аносмии.

    Обсуждение

    Какое повреждение, скорее всего, приведет к полной потере обоняния? Потеря обоняния может быть вызвана разрывом обонятельных нервов, хотя убедительные доказательства этого разрыва у человека отсутствуют [13].Из-за открытого положения обонятельная луковица оказывается уязвимой с точки зрения ушиба, сдавления гематомы и перелома решетчатой ​​пластинки [14]. Лёч и др. [15] объединили морфологическую информацию из 27 обонятельно-красноречивых областей мозга, полученную с помощью четырех различных методов визуализации мозга у 127 пациентов с аносмией. Их результаты показали, что поражения в области правой обонятельной луковицы гораздо чаще встречались при аносмии, чем у пациентов с сохранным обонянием. Это можно сравнить с настоящим случаем, когда ГТ, вероятно, вызвала потерю обоняния.

    Что касается места травмы, Sumner [16] предположил, что нарушение обоняния возникает чаще после затылочного удара, чем после лобного (28 против 5%). В другой работе показано, что травма лба, как и травма затылка, также может быть связана с полной потерей обоняния [17]. Исследования на основе МРТ у пациентов с АГ с потерей обоняния показали, что у 88% пациентов с аносмией имелись повреждения обонятельных луковиц и трактов, у 60% — в сублобной области и у 32% — в височных долях [18].Согласно упомянутой выше литературе и данным МРТ (рис. 1), демонстрирующим локальный отек и кровотечение в правой латеральной орбитофронтальной коре и правой обонятельной луковице, вполне вероятно, что поражение поврежденных частей связано с обонятельной дисфункцией.

    Многочисленные исследования показывают, что тяжесть травмы связана с вероятностью и степенью потери обоняния. В ретроспективном анализе Haxel et al. [2] показали, что общая распространенность обонятельной дисфункции после ГТ составила около 12.8%. У лиц с потерей сознания более 1 ч, высокой степенью ТС и переломами основания черепа наиболее вероятно нарушение обоняния. Однако Доти и соавт. [19] обнаружили отсутствие значимой связи между обонятельной функцией и тяжестью ГТ (см. также [16]). С другой стороны, сообщалось, что легкая ГТ может даже привести к полной потере обоняния. Например, De Kruijk et al. [5] обследовали 61 мужчину и 50 женщин с явно легкой формой АГ. В соответствии с описанным в настоящее время случаем, их результаты показали, что у 5 пациентов (4%) была диагностирована аносмия.Учитывая результаты настоящего случая, с одной стороны, это указывает на то, что тяжесть АГ не всегда может предсказывать наличие потери обоняния. С другой стороны, внезапная посттравматическая аносмия, наблюдаемая в данном случае, может указывать на наличие обширных поражений головного мозга с внутричерепным кровоизлиянием, что требует более тщательного обследования пациента, несмотря на отсутствие основных клинических симптомов.

    Другим последствием ГТ является фантосмия, то есть восприятие запаха, которого на самом деле нет.До настоящего времени патофизиологические механизмы фантосмии изучены недостаточно. Леопольд и др. [20] предположили, что это может быть связано с причинами на уровне обонятельной слизистой оболочки или в структурах более высокого порядка в обонятельной системе. В предыдущем исследовании сообщалось о появлении фантосмии после ТС [21]. В данном случае фантосмия появилась после ГТ, а МРТ головы (рис. 1) показала локальный отек и кровоизлияние в правую латеральную орбитофронтальную кору и правую обонятельную луковицу. Это, по-видимому, указывает на то, что повреждение обонятельных луковиц и/или орбитофронтальной коры участвует в формировании фантомного запаха.Обе структуры имеют решающее значение в обработке обонятельной информации [22].

    Во время плановой клинической оценки АГ классифицируется как легкая, умеренная или тяжелая на основании шкалы комы Глазго (ШКГ) при первом обследовании [23]. У пациентов с ГТ проявляются такие симптомы, как головная боль, боль в шее, тошнота, головокружение, рвота и амнезия; однако эти симптомы отсутствовали у нашего пациента, который сообщил только об аносмии с фантосмией. Кроме того, МРТ показала повреждения/кровоизлияния в правой латеральной орбитофронтальной коре и правой обонятельной луковице.Этот случай указывает на то, что аносмия у пациентов с ГТ без основных других симптомов должна стать поводом для более тщательного клинического обследования, включая МРТ или компьютерную томографию головы, а также указывает на более глубокий вопрос, как оценить тяжесть ГТ независимо от первоначальной оценки тяжести травмы.

    Заявление об этике

    Все процедуры, выполненные в этом исследовании, соответствовали этическим стандартам институционального исследовательского комитета, а также Хельсинкской декларации 1964 г. и ее более поздним поправкам.Исследование было одобрено Этическим комитетом медицинского факультета Дрезденского технического университета (EK441102016). От пациента было получено информированное согласие на публикацию этого отчета о клиническом случае и любых сопутствующих изображений.

    Заявление о конфликте интересов

    Проф. Томас Хаммель является членом рецензирующего совета этого журнала. Все остальные авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

    Источники финансирования

    Это исследование было поддержано грантом Deutsche Forschungsgemeinschaft (http://www.dfg.de) в Т.Х. (ДФГ ГУ 411/18-1).

    Вклад авторов

    Томас Хуммель, Юнпэн Занг, Антье Хенер, Тереза ​​Лакнер: сбор данных. Юнпэн Занг, Томас Хаммель: анализ данных. Юнпэн Занг, Антье Хенер, Тереза ​​Лакнер, Симона Негояс, Томас Хуммель: написание рукописи.

    Авторское право: Все права защищены. Никакая часть данной публикации не может быть переведена на другие языки, воспроизведена или использована в любой форме и любыми средствами, электронными или механическими, включая фотокопирование, запись, микрокопирование или любую систему хранения и поиска информации, без письменного разрешения издателя. .
    Дозировка препарата: авторы и издатель приложили все усилия, чтобы гарантировать, что выбор препарата и дозировка, указанные в этом тексте, соответствуют текущим рекомендациям и практике на момент публикации. Тем не менее, в связи с продолжающимися исследованиями, изменениями в правительственных постановлениях и постоянным потоком информации, касающейся лекарственной терапии и реакций на лекарства, читателю настоятельно рекомендуется проверять вкладыш в упаковке для каждого лекарства на предмет любых изменений в показаниях и дозировке, а также для дополнительных предупреждений. и меры предосторожности.Это особенно важно, когда рекомендуемый агент является новым и/или редко используемым лекарственным средством.
    Отказ от ответственности: заявления, мнения и данные, содержащиеся в этой публикации, принадлежат исключительно отдельным авторам и участникам, а не издателям и редакторам. Появление рекламы и/или ссылок на продукты в публикации не является гарантией, одобрением или одобрением рекламируемых продуктов или услуг или их эффективности, качества или безопасности.Издатель и редактор(ы) отказываются от ответственности за любой ущерб людям или имуществу в результате любых идей, методов, инструкций или продуктов, упомянутых в содержании или рекламе.

    Как избавиться от нюха

    Аносмия относится к потере обоняния. Это может быть вызвано травмой головного мозга, среди других причин. Врачи обычно упускают из виду эту проблему во время лечения, но она может серьезно повлиять на качество жизни человека.

    Вы узнаете о различных причинах аносмии после черепно-мозговой травмы, а также о некоторых методах лечения, которые помогут вам справиться с ней.

    Причина аносмии после травмы головы

    Аносмия, также известная как обонятельная слепота, вызывается повреждением частей мозга, отвечающих за обоняние. К ним относятся:

    • Орбитофронтальная кора , расположенная выше и позади глаз.
    • Островковая доля, , которая находится под ушами.
    • Пириформная кора, расположенная между двумя другими.

    Помимо этих трех областей, есть более мелкие области мозга. которые также играют роль в запахе.Все вместе они называются обонятельными регионы.

    Наконец, если решётчатая пластина черепа (кусок кости непосредственно позади носа) раздробится, это может разорвать обонятельные нервы, которые соединяются с носом. Это приведет к обонянию.

    Другие расстройства обоняния после черепно-мозговой травмы

    Иногда травма головы может привести к другим нарушениям обоняния, которые не приводят к потере обоняния.

    Нарушения обоняния, помимо аносмии, включают:

    • Гипосмия: Частичная потеря обоняния
    • Гиперосмия: Улучшенное обоняние
    • Фантосмия: Ложные или воображаемые запахи
    • Дизосмия: Искажение запахов

    Когда человек страдает дизосмией, например, кислое молоко может пахнуть свежестью для них, а свежие цветы могут пахнуть гнилью и мертвостью.Этот может привести к потере аппетита и потере веса.

    Осложнения аносмии после травмы головы

    Аносмия может оказывать серьезное влияние на повседневную жизнь в самых люди не осознают. Некоторые осложнения потери обоняния включают:

    • Потеря вкуса. Вкус и запах тесно связаны. К сожалению, это означает, что аносмия также может ухудшить ваше чувство вкуса. Большинство людей с аносмией могут ощущать вкус только очень острой или очень соленой пищи.
    • Потеря веса. Отсутствие вкуса может вызвать снижение аппетита, что может привести к нездоровой потере веса.
    • Пищевое отравление. Неспособность почувствовать запах испорченной пищи может привести к повышенному риску пищевого отравления.
    • Нарушения памяти. Обонятельная луковица, расположенная за глазами, соединяется с миндалевидным телом, частью мозга, отвечающей за эмоции и личные воспоминания. Таким образом, без обоняния мозг не может закодировать столько воспоминаний.
    • Пожароопасность. Аносмия может ухудшить способность человека обнаруживать дым и другие вредные химические вещества. Это увеличивает риск травмирования человека.
    • Депрессия. Потеря способности ощущать вкус и запах хорошей еды может привести к потере интереса к общественным мероприятиям и депрессии.

    Диагностика аносмии

    Аносмию часто упускают из виду после черепно-мозговой травмы, потому что большинство врачей в первую очередь сосредоточены на лечении наиболее опасных для жизни травм.Кроме того, некоторые пациенты даже не осознают, что больше не могут чувствовать запахи, пока через несколько недель они, наконец, не смогут сосредоточиться на чем-то помимо своей травмы.

    Несмотря на то, что аносмию можно легко не заметить, исследования показывают, что около 20% пациентов с черепно-мозговой травмой страдают каким-либо типом обонятельного расстройства.

    Поэтому важно диагностировать аносмию как можно скорее. возможно.

    Наиболее широко используемым диагностическим тестом на аносмию является Тест идентификации запаха Пенсильванского университета (UPSIT).Этот тест оценивает способность человека различать запахи с помощью 40 понюхающих карточек. Тест оценивается следующим образом:

    1. Нормосмия : нормальное обоняние
    2. Легкая микросмия : легкое нарушение обоняния
    3. Умеренная микросмия: умеренный запах нарушения
    4. Тяжелая микросмия: тяжелое нарушение обоняния
    5. Аносмия: отсутствие функции обоняния

    Теперь, когда мы обсудили различные типы и осложнения аносмии, давайте рассмотрим некоторые методы лечения.

    Лечение аносмии после черепно-мозговой травмы

    Для людей с искаженным обонянием некоторые лекарства например, Габапентин может помочь.

    К сожалению, не так много доступных методов лечения обратная полная аносмия после черепно-мозговой травмы. Но новая терапия под названием обонятельная обучение кажется многообещающим.

    Обонятельная тренировка включает в себя обоняние сильных запахов, таких как розы, эвкалипта и лимона. Это стимулирует обонятельные нервы в носу в надежде переобучить мозг распознавать запахи.Тем не менее, у людей с черепно-мозговыми травмами вероятность успеха составляет всего около 30 процентов.

    В противном случае все, что вы можете сделать, это подождать, пока обонятельные области вашего мозга не заживут сами по себе. Если они это сделают, вы должны восстановить свое обоняние в течение шести месяцев после черепно-мозговой травмы.

    Как справиться с потерей обоняния после ЧМТ

    Если ваше обоняние никогда не вернется, вам нужно научиться жить без обоняния и вкуса. Этот процесс будет трудным, но не невозможным.

    Вот несколько идей, которые помогут вам справиться с потерей обоняния после травмы головы.

    • Используйте семена и орехи для придания текстуры. Хотя они не восстановят ваше чувство вкуса или запаха, они могут сделать ваши блюда менее пресными. Это может повысить аппетит и помочь вам набрать потерянный вес.
    • Попробуйте стимуляцию кубиком льда. Если аносмия ухудшила ваше чувство вкуса, может помочь стимуляция кубиками льда. Некоторые пациенты сообщают, что сосание кубика льда за одну минуту до еды помогло улучшить их вкусовые ощущения.В частности, он восстановил их способность ощущать вкус сладкой пищи. Хотя необходимы дополнительные исследования, чтобы понять, почему это происходит, возможно, стоит попробовать.
    • Выбрасывайте просроченные продукты. Важно выбрасывать еду, как только она истечет, так как вы не сможете сказать, когда она испортится.
    • Установка детекторов дыма и газа. Это очень важно, особенно если вы живете один.

    Хотя жизнь с аносмией может быть неприятной, эти методы должно сделать вещи немного более управляемыми.

    Аносмия после травмы головы: ключевые моменты

    Аносмия вызывается повреждением частей мозга, отвечающих за обоняние. Помимо нарушения обоняния, аносмия также может привести к потере чувства вкуса.

    Хотя в настоящее время не существует проверенных методов лечения аносмии, вызванной травмой головы, тренировка обоняния может оказаться полезной. Поговорите со своим врачом для получения дополнительной информации о лечении аносмии. Появляются новые методы лечения, и ваш врач может знать о некоторых из них, которые могут помочь.

    Также возможно, что ваша аносмия пройдет сама по себе. Однако, если этого не происходит, некоторые стратегии преодоления могут помочь сделать жизнь без запаха немного более терпимой.

    Избранное изображение: © iStock/microgen/AaronAmat/yacobchuk

    Посттравматическая потеря обоняния и реакция мозга за пределами обонятельной коры

  • Hummel, T. et al. Документ с изложением позиции по обонятельной дисфункции. Ринол. J. 10 , 1–30 (2017).

    Артикул Google ученый

  • Шофилд, П.В., Мур, Т.М. и Гарднер, А. Черепно-мозговая травма и обоняние: систематический обзор. Фронт. Нейрол. 5 , 20 (2014).

    Артикул Google ученый

  • Чофало, А. и др. Легкая черепно-мозговая травма: оценка обонятельной дисфункции и клинико-неврологических характеристик. Инъекция мозга. 32 , 550–556 (2018).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Круйк, Дж.Р. Д. и др. Обонятельная функция после легкой черепно-мозговой травмы. Инъекция мозга. 17 , 73–78 (2003).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Hummel, T., Urbig, A., Huart, C., Duprez, T. & Rombaux, P. Объем обонятельной луковицы и глубина обонятельной борозды у 378 последовательных пациентов с потерей обоняния. Дж. Нейрол. 262 , 1046–1051 (2015).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Реден, Дж. и др. Восстановление обонятельной функции после закрытой черепно-мозговой травмы или инфекций верхних дыхательных путей. Арх. Отоларингол. Шея Surg. 132 , 265–269 (2006).

    Артикул Google ученый

  • Жигер, Ф. Л., Фраснелли, А., Гиз, Э.D. & Frasnelli, J. Обонятельная, когнитивная и аффективная дисфункция оценивалась через 24 часа и через год после легкой черепно-мозговой травмы (mTBI). Инъекция мозга. 33 , 1184–1193 (2019).

    Артикул Google ученый

  • Hummel, T., Sekinger, B., Wolf, S.R., Pauli, E. & Kobal, G. «Нюхательные палочки»: Обонятельные характеристики, оцениваемые с помощью комбинированного тестирования идентификации запаха, распознавания запаха и обонятельного порога. Хим. Чувства 22 , 39–52 (1997).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Финн, Э. С. и др. Функциональное снятие отпечатков пальцев коннектома: идентификация людей с использованием паттернов мозговых связей. Нац. Неврологи. 18 , 1664–1671 (2015).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Розенберг М.D. и др. Метилфенидат модулирует функциональное сетевое подключение для повышения внимания. J. Neurosci. 36 , 9547–9557 (2016).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Хсу, В.-Т., Розенберг, М.Д., Шейност, Д., Констебль, Р.Т. и Чун, М.М. Функциональная связность в состоянии покоя предсказывает невротизм и экстраверсию у новых людей. Соц.Познан. Оказывать воздействие. Неврологи. 13 , 224–232 (2018).

    ПабМед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Farruggia, M.C. и др. Идентификация отпечатка мозга при избыточном весе и ожирении. Физиол. Поведение 222 , 112940 (2020).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Йип, С.W., Scheinost, D., Potenza, M.N. & Carroll, K.M. Основанный на коннектоме прогноз воздержания от кокаина. утра. J. Psychiatry 176 , 156–164 (2019).

    ПабМед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Fjaeldstad, A. и др. Обонятельные отпечатки мозга: новый структурный метод оценки обонятельных сетей коры головного мозга в норме и при патологии. науч. Респ. 7 , 42534 (2017).

    ОБЪЯВЛЕНИЕ КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Frasnelli, J., Fark, T., Lehmann, J., Gerber, J. & Hummel, T. Структура мозга изменяется при врожденной аносмии. НейроИзображение 83 , 1074–1080 (2013).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Горький, Т. и др. Аносмия приводит к потере серого вещества в областях коры головного мозга. Хим. Чувства 35 , 407–415 (2010).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Хан, П. и др. Изменения плотности серого вещества головного мозга и объема обонятельных луковиц у пациентов с потерей обоняния после черепно-мозговой травмы. J. Neurotrauma 35 , 2632–2640 (2018).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Собель, Н. и др. Индуцированная запахом и вдохом активация в мозжечке человека. J. Neurosci. 18 , 8990–9001 (1998).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Rombaux, P. и др. Ретроназальная и ортоназальная обонятельная функция в зависимости от объема обонятельной луковицы у пациентов с посттравматической потерей обоняния. Ларингоскоп 116 , 901–905 (2006 г.).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Rombaux, P. и др. Обонятельная функция и объем обонятельных луковиц у пациентов с постинфекционной потерей обоняния. Ларингоскоп 116 , 436–439 (2006).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Hummel, T. и др. Глубина обонятельной борозды и обонятельная функция. Мозг Res. 975 , 85–89 (2003).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Хан П., Занг Ю., Акшита Дж. и Хаммел Т. Магнитно-резонансная томография обонятельной дисфункции человека. Топогр головного мозга. 20 , 20 (2019).

    Google ученый

  • Reichert, JL & Schöpf, V. Обонятельная потеря и восстановление: уроки нейропластичности. Neuroscientist 24 , 22–35 (2018).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Шривер, В. А. и др. Частотно-временной анализ изменения мощности ЭЭГ, вызванного обонянием. PLoS One 12 , e0185596 (2017 г.).

    ПабМед ПабМед Центральный Статья КАС Google ученый

  • Хаммель, Т.& Welge-Luesen, A. Оценка обонятельной функции. Доп. Оториноларингол. 63 , 84–98 (2006).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Huart, C., Legrain, V., Hummel, T., Rombaux, P. & Mouraux, A. Частотно-временной анализ потенциалов, связанных с хемосенсорными событиями, для характеристики корковой репрезентации запахов у людей. PLoS One 7 , e33221 (2012 г.).

    ОБЪЯВЛЕНИЕ КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Hummel, T. & Kobal, G. Обонятельные потенциалы, связанные с событиями. В Methods and Frontiers in Chemosensory Research 429–464 (CRC Press, Boca Raton, 2001).

    Google ученый

  • Леч, Дж. и Хаммель, Т. Клиническое значение электрофизиологических показателей обонятельной функции. Поведение. Мозг Res. 170 , 78–83 (2006).

    Артикул Google ученый

  • Иравани Б., Аршамян А., Охла К., Уилсон Д. А. и Лундстрём Дж. Н. Неинвазивная запись с обонятельной луковицы человека. Нац. коммун. 11 , 1–10 (2020).

    Артикул КАС Google ученый

  • Ли, В. К., Нардоне, Р., Васко, Ф., Паниграхи А. и Зукколи Г. Задержка активации первичной орбитофронтальной коры при посттравматической аносмии. Инъекция мозга. 30 , 1737–1741 (2016).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Леви, Л. М., Хенкин, Р. И., Лин, К. С. и Финли, А. Быстрая визуализация обоняния с помощью функциональной МРТ (фМРТ): определение наличия и типа гипосмии. Дж. Вычисл. Ассистент Томогр. 23 , 767 (1999).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Леви, Л. М., Хенкин, Р. И., Лин, К. С., Хаттер, А. и Шеллингер, Д. Воспоминание о запахах вызывает активацию мозга, измеренную с помощью функциональной МРТ. Дж. Вычисл. Ассистент Томогр. 23 , 487 (1999).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Хенкин Р.И. и Леви, Л.М. Функциональная МРТ врожденной гипосмии: активация мозга на запахи и воображение запахов и вкусов. Дж. Вычисл. Ассистент Томогр. 26 , 39 (2002).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Яннилли, Э. и др. Различия в бимодальном восприятии запахов в аносмической и нормосмической группах: функциональное МРТ-исследование. Ринология 49 , 458–463 (2011).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Iannilli, E., Gerber, J., Frasnelli, J. & Hummel, T. Интраназальная функция тройничного нерва у субъектов с неповрежденным обонянием и без него. Мозг Res. 1139 , 235–244 (2007).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Леви, Л. М., Хенкин, Р.И., Хаттер А., Лин К.С. и Шеллингер Д. Картирование активации мозга одорантами у пациентов с потерей обоняния с помощью функциональной МРТ. Дж. Вычисл. Ассистент Томогр. 22 , 96 (1998).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Коллндорфер, К. и др. Обонятельная тренировка вызывает изменения в региональной функциональной связности у пациентов с длительной потерей обоняния. НейроИмидж Клин. 9 , 401–410 (2015).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Хан, П. и др. Нарушение реакции головного мозга на запахи у пациентов с различной степенью обонятельной потери после черепно-мозговой травмы. Дж. Нейрол. 265 , 2322–2332 (2018).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Мун, Западная-J., Park, M., Hwang, M. & Kim, JK. Функциональная МРТ как объективная мера дефицита обоняния у пациентов с травматической аносмией. утра. Дж. Нейрорадиол. 39 , 2320–2325 (2018).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Reichert, J. L. et al. Тяжесть нарушений обоняния отражается в функциональных сетях мозга — исследование фМРТ. Гул. Карта мозга. 39 , 3166–3177 (2018).

    ПабМед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Пеллегрино, Р. и др. Обонятельная функция у пациентов с гипосмией по сравнению со здоровыми людьми — исследование фМРТ. Ринология 54 , 374–381 (2016).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Доти, Р. Л. и др. Способность к идентификации по запаху: меняется с возрастом. Наука 226 , 1441–1443 (1984).

    ОБЪЯВЛЕНИЕ КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Кармайкл, С.Т., Клугнет, М.С. и Прайс, Дж.Л. Центральные обонятельные связи у макак. Дж. Комп. Нейрол. 346 , 403–434 (1994).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Салим, К.С., Кондо, Х. и Прайс, Дж. Л. Дополнительные цепи, соединяющие орбитальную и медиальную префронтальные сети с височной, островковой и оперкулярной корой у макак. Дж. Комп. Нейрол. 506 , 659–693 (2008).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Зойберт Дж., Фрайхерр Дж., Джорджевич Дж. и Лундстрем Дж. Н. Статистическая локализация обонятельной коры человека. NeuroImage 66 , 333–342 (2013).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Чжоу Г., Лейн Г., Купер С. Л., Кант Т. и Зелано К. Характеристика функциональных путей обонятельной системы человека. eLife 8 , e47177 (2019).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Вельдхуизен, М.Г. и Смолл, Д. М. Модально-специфические нейронные эффекты избирательного внимания к вкусу и запаху. Хим. Sens. 36 , 747–760 (2011).

    Артикул Google ученый

  • Бакнер, Р. Л., Эндрюс-Ханна, Дж. Р. и Шактер, Д. Л. Сеть мозга по умолчанию: анатомия, функция и связь с болезнью. В The Year in Cognitive Neuroscience 2008 (изд. Sath, D.) 1–38 (Blackwell Publishing, New York, 2008).

    Google ученый

  • Вайсман, Д. Х., Робертс, К. С., Вишер, К. М. и Волдорф, М. Г. Нейронные основы кратковременных потерь внимания. Нац. Неврологи. 9 , 971–978 (2006).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Мейсон, М. Ф. и др. Блуждающие умы: сеть по умолчанию и независимая от стимулов мысль. Наука 315 , 393–395 (2007).

    ОБЪЯВЛЕНИЕ КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Бакнер, Р. Л. и ДиНикола, Л. М. Сеть мозга по умолчанию: обновленная анатомия, физиология и развивающиеся идеи. Нац. Преподобный Нейроски. 20 , 593–608 (2019).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Чжоу Х.-ИКС. и др. Размышление и сеть режима по умолчанию: метаанализ исследований изображений мозга и последствий депрессии. NeuroImage 116287 , 20. https://doi.org/10.1016/j.neuroimage.2019.116287 (2019).

    Артикул Google ученый

  • Доти, Р. Л., Геноу, А. и Хаммель, Т. Плотность царапин отличает микросмических от нормосмических и аносмических субъектов в тесте идентификации запаха Пенсильванского университета. Восприятие. Мот. Навыки 86 , 211–216 (1998).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Куртиоль, Э. и Уилсон, Д. А. Нейронное представление управляемого запахом поведения в обонятельном таламусе крысы. J. Neurosci. 36 , 5946–5960 (2016).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Плайи, Дж., Ховард, Дж. Д., Гительман, Д. Р. и Готфрид, Дж. А. Внимание к запаху модулирует таламокортикальные связи в человеческом мозгу. J. Neurosci. 28 , 5257–5267 (2008).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Tham, WWP, Stevenson, RJ & Miller, L.A. Функциональная роль медиодорсального таламического ядра в обонянии. Мозг Res. 62 , 109–126 (2009).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Лориг, Т. С. Помимо самоотчета: визуализация мозга на пороге восприятия запаха. Хемосенс. Восприятие. 5 , 46–54 (2012).

    Артикул Google ученый

  • Собель, Н. и др. Слепой запах: активация мозга, вызванная необнаруженным химическим веществом, переносимым по воздуху. Мозг 122 (часть 2), 209–217 (1999).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Зукко Г. М., Прифтис К. и Стивенсон Р. Дж. От слепого видения к слепому обонянию: мини-обзор. Пер. Неврологи. 6 , 20 (2014).

    Google ученый

  • Арзи А., Розенкранц Л., Хольцман Ю., Секундо Л.& Собель, Н. Модели обнюхивания раскрывают имплицитную память на необнаруженные запахи. Курс. биол. 24 , Р263–Р264 (2014).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Питер, М. Г. и др. Нормальная обонятельная функциональная связность, несмотря на пожизненное отсутствие обонятельных переживаний. Кора головного мозга. https://doi.org/10.1093/cercor/bhaa217 (2021 г.).

    Артикул Google ученый

  • Летш, Дж. и др. Алгоритм диагностики посттравматической обонятельной потери, основанный на характере поражения головного мозга. Ринология 53 , 365–370 (2015).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Stöcker, T. & Shah, N.J. MP-SAGE: новая последовательность MP-RAGE с улучшенными SNR и CNR для визуализации мозга с использованием фазового кодирования квадратной спирали и переменных углов поворота. Маг. Резон. Мед. 56 , 824–834 (2006).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Эшбернер Дж. и Фристон К. Дж. Единая сегментация. NeuroImage 26 , 839–851 (2005).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Мейси, П. М., Мейси, К. Э., Кумар, Р. и Харпер, Р. М. Метод удаления глобальных эффектов из временных рядов фМРТ. NeuroImage 22 , 360–366 (2004).

    ПабМед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Хенсон, Р. Н., Прайс, С. Дж., Рагг, М. Д., Тернер, Р. и Фристон, К. Дж. Обнаружение различий в задержке в ответах BOLD, связанных с событиями: применение к словам и несловам, а также к начальным и повторяющимся представлениям лица. NeuroImage 15 , 83–97 (2002).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • Лейкенс, Д.Эквивалентные тесты: Практическое руководство по t-тестам, корреляциям и мета-анализам. Соц. Психол. Личный. науч. 8 , 355–362 (2017).

    ПабМед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Лакенс, Д., Шил, А. М. и Исагер, П. М. Тестирование эквивалентности для психологических исследований: Учебное пособие. Доп. Методы Практика. Психол. науч. 1 , 259–269 (2018).

    Артикул Google ученый

  • Джоши А. и др. Единая платформа для разработки, развертывания и надежного тестирования алгоритмов нейровизуализации. Нейроинформатика 9 , 69–84 (2011).

    ПабМед ПабМед Центральный Статья Google ученый

  • Саттертуэйт, Т. Д. и др. Усовершенствованная платформа для смешанной регрессии и фильтрации для управления артефактами движения при предварительной обработке данных функциональной связи в состоянии покоя. NeuroImage 64 , 20 (2013).

    Артикул Google ученый

  • Шен, X., Токоглу, Ф., Пападеметрис, X. и Констебль, Р. Т. Групповая парцелляция всего мозга по данным фМРТ в состоянии покоя для идентификации сетевых узлов. NeuroImage 82 , 403–415 (2013).

    КАС пабмед Статья ПабМед Центральный Google ученый

  • ПОСТТРАВМАТИЧЕСКАЯ АНОЗМИЯ | Мозг | Оксфорд Академик

    Получить помощь с доступом

    Институциональный доступ

    Доступ к контенту с ограниченным доступом в Oxford Academic часто предоставляется посредством институциональных подписок и покупок.Если вы являетесь членом учреждения с активной учетной записью, вы можете получить доступ к контенту следующими способами:

    Доступ на основе IP

    Как правило, доступ предоставляется через институциональную сеть к диапазону IP-адресов. Эта аутентификация происходит автоматически, и невозможно выйти из учетной записи с проверкой подлинности IP.

    Войдите через свое учреждение

    Выберите этот вариант, чтобы получить удаленный доступ за пределами вашего учреждения.

    Технология Shibboleth/Open Athens используется для обеспечения единого входа между веб-сайтом вашего учебного заведения и Oxford Academic.

    1. Щелкните Войти через свое учреждение.
    2. Выберите свое учреждение из предоставленного списка, после чего вы перейдете на веб-сайт вашего учреждения для входа.
    3. Находясь на сайте учреждения, используйте учетные данные, предоставленные вашим учреждением.Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
    4. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

    Если вашего учреждения нет в списке или вы не можете войти на веб-сайт своего учреждения, обратитесь к своему библиотекарю или администратору.

    Вход с помощью читательского билета

    Введите номер своего читательского билета, чтобы войти в систему. Если вы не можете войти в систему, обратитесь к своему библиотекарю.

    Члены общества

    Многие общества предлагают своим членам доступ к своим журналам с помощью единого входа между веб-сайтом общества и Oxford Academic. Из журнала Oxford Academic:

    1. Щелкните Войти через сайт сообщества.
    2. При посещении сайта общества используйте учетные данные, предоставленные этим обществом. Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
    3. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

    Если у вас нет учетной записи сообщества или вы забыли свое имя пользователя или пароль, обратитесь в свое общество.

    Некоторые общества используют личные аккаунты Oxford Academic для своих членов.

    Личный кабинет

    Личную учетную запись можно использовать для получения оповещений по электронной почте, сохранения результатов поиска, покупки контента и активации подписок.

    Некоторые общества используют личные учетные записи Oxford Academic для предоставления доступа своим членам.

    Институциональная администрация

    Для библиотекарей и администраторов ваша личная учетная запись также предоставляет доступ к управлению институциональной учетной записью. Здесь вы найдете параметры для просмотра и активации подписок, управления институциональными настройками и параметрами доступа, доступа к статистике использования и т. д.

    Просмотр ваших зарегистрированных учетных записей

    Вы можете одновременно войти в свою личную учетную запись и учетную запись своего учреждения.Щелкните значок учетной записи в левом верхнем углу, чтобы просмотреть учетные записи, в которые вы вошли, и получить доступ к функциям управления учетной записью.

    Выполнен вход, но нет доступа к содержимому

    Oxford Academic предлагает широкий ассортимент продукции. Подписка учреждения может не распространяться на контент, к которому вы пытаетесь получить доступ. Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому контенту, обратитесь к своему библиотекарю.

    Травма головы и обонятельная функция

    https://doi.org/10.1016/j.wjorl.2018.02.001Get rights and content

    Abstract

    Нарушение обоняния является хорошо известным последствием травмы головы. Наличие и степень обонятельной дисфункции зависят от тяжести черепно-мозговой травмы, продолжительности посттравматической амнезии, полученных травм и, как недавно установлено, возраста. Дефицит обоняния может быть кондуктивным или нейросенсорным, в зависимости от места повреждения. Первые могут поддаваться медикаментозному или хирургическому лечению, в то время как большинство пациентов с нейросенсорным дефицитом не выздоравливают.Многие пациенты не обращаются за лечением по поводу такого дефицита в течение нескольких дней, недель или даже месяцев после травматического события из-за сосредоточения внимания на более неотложных травмах. Оценка должна начинаться со всестороннего сбора анамнеза и физического осмотра. Определить место повреждения помогают компьютерная томография и магнитно-резонансная томография. Верификация наличия обонятельного дефицита и оценка его выраженности требуют объективного обонятельного тестирования, которое может быть выполнено рядом методов. Прогноз посттравматической обонятельной дисфункции неблагоприятный, улучшение происходит примерно только на одну треть.Акцент должен быть сделан на выявлении обратимых причин, таких как переломы костей носа, искривление перегородки или отек/гематома слизистой оболочки. Потеря обоняния часто не воспринимается как раздражение, а не как серьезная проблема со здоровьем как пациентами, так и многими поставщиками медицинских услуг. У пациентов с обонятельными нарушениями снижается качество жизни, снижается удовлетворенность жизнью и повышается риск получения травм. Первостепенное значение для ведения этих пациентов имеет консультирование в отношении принятия компенсаторных стратегий, позволяющих избежать рисков безопасности и максимизировать качество жизни.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.